— Ты в одно рыло сожрал половину моей порции, — мрачно констатировал Тодзи, опрокидывая пиалу с выдержанным саке. — И выглушил весь элитный алкоголь.

— Имею полное право! — нагло заявил дух. — Я, на минуточку, держал в узде того челкастого покемон-мастера, пока ты гонял белобрысого фраера по кустам! Кстати, как тебе на вкус его хваленая «Бесконечность»?

— Мусорная техника. Слишком много концентрации жрет. — Мужчина неспешно закурил. — В следующий раз сниму с него те черные очки. Говорят, оправа стоит как подержанный спорткар.

— О-о-о! — Демон хищно ухмыльнулся. Материализовал плотную ладонь и поднял до краев налитую пиалу. — Обожаю твой прагматизм, живодер! Выпьем за нашу новую легальную крышу! И за то, чтобы столичные пердуны из Совета до конца своих дней заикались при упоминании наших имен!

— Пьем за деньги, — сухо поправил Тодзи, чокаясь своей пиалой о чашу духа.

Они сидели в тишине закрытого кабинета. Два идеальных изгоя своего времени. Наемник, лишенный магии, и древний демон, вернувший себе форму и имя.

За раздвижными окнами вспыхивали неоновые огни Киото. Магический мир застыл в хрупком, параноидальном затишье. Теперь каждая собака в Совете прекрасно понимала: в этой игре появилось две тени. И с этого дня с ними придется считаться абсолютно всем.

Утро в Киото наступило абсолютно безжалостно, не проявив ни капли сочувствия ни к похмелью древних духов, ни к усталости наемных убийц. Древняя столица смердела сырой, замшелой черепицей, пережженным кунжутным маслом и застоявшимся сточным ручьем, куда расторопный хозяин соседнего кабака еще с ночи вывалил недоеденные помои.

В благословенную эпоху Хэйан после обильных возлияний рисовым вином с тушеными потрохами приличные маги отмокали сутками. Валялись на шелковых подушках, меланхолично слушая завывания бамбуковых флейт и сочиняя бездарные хокку о падающих лепестках сакуры.

Но Тодзи не относил себя к приличным магам. Отдыхать наемник не планировал.

Сбросив верхнюю одежду, Бывший Зэнин восседал на самом краю плесневелого татами в отдельном кабинете дешевого гестхауса. В одних спортивных штанах, с холодной, почти хирургической въедливостью он драил проклятые клинки, вычищая запекшуюся кровь из мельчайших зазубрин.

На низком, поцарапанном столике перед ним громоздились плотные, перетянутые шпагатом стопки. Банковские чеки клана Камо и кирпичи новеньких, хрустящих банкнот. В сумме этот бумажный арсенал тянул на двадцать миллионов иен. Сумма, заставляющая попотеть даже столичных дельцов, а для консервативного Киото — и вовсе баснословный капитал. На эти деньги можно было с потрохами скупить пару элитных чайных домов в квартале Гион. Вместе с полным штатом гейш и охранниками в придачу.

Напротив Убийцы валялся напарник.

С тех пор как обретение трехмерной плотности перестало быть проблемой, древний дух предпочитал человеческий облик. Сейчас он выглядел как высокий, узкоплечий, но пугающе жилистый мужик, затянутый в темное хаори. Жесткие, угловатые черты лица казались грубо вытесанными из куска мокрого, блестящего антрацита.

Демон вальяжно развалился на спине, закинув босые ноги прямо на изящную бамбуковую ширму, и меланхолично пускал в гнилой потолок колечки из сизого теневого дыма.

— У тебя правый тесак отбалансирован криво, — лениво прошелестел напарник, наблюдая, как человек полирует лезвие «Освободителя цепей» промасленной ветошью. — Центр тяжести безбожно завален к гарде. Минимум на два миллиметра. В мое золотое время кузнеца-бракодела из провинции Идзумо за подобную халтуру привязали бы к дикому секачу и пустили гулять по оврагам.

— В твое золотое время кузнецы лепили железо из болотного дерьма. Оно гнулось о первый же нормальный костяной доспех, — не поднимая тяжелого взгляда, парировал боец. — А этот клинок, к твоему сведению, способен вспороть пространственную защиту Наследника Годжо. Так что захлопни свое хэйанское отверстие и не мешай работать.

— Ты неблагодарная, сутулая, бесчувственная скотина, Фушигуро.

Сущность нехотя перевернулась на бок, подперев смоляную башку массивным кулаком.

— Я вчера, рискуя структурой, в одно лицо держал барьер этого челкастого коллекционера-любителя! Мое новенькое хаори до сих пор разит его паршивыми проклятыми скатами! И вообще, у нас карманы рвутся от бабок. Какого хрена мы протираем дыры в этом клоповнике, а не выбираем мне личный паланкин с четверкой крепких носильщиков?

— Длины твоего поводка хватит ровно на то, чтобы доползти до ближайшего борделя. — Наемник изящным щелчком пальцев отправил очищенный клинок обратно в раззявленную глотку червя-хранителя. — А деньги мы жечь не станем.

— Это еще с какого перепугу?! — возмущенно вскинулся дух. Белые бельма полыхнули праведным гневом. — Мы вытрясли пятнадцать мультов из сопливого аристократа! Стрясли пятерку с барыги! Я лично сожрал печень поехавшего генерала! Мы заработали право на грандиозный кутеж!