Тодзи медленно, по-кошачьи приближался, играючи перекидывая клинок из руки в руку.

— Твоя расхваленная защита — просто сложная математика. А я умею обнулять уравнения.

— Посмотрим, как ты обнулишь вот это! — оскалился Годжо, складывая окровавленные пальцы в древнюю, убийственную мудру.

Воздух вокруг подростка содрогнулся и пошел трещинами. Пространство начало скручиваться в исполинскую, пульсирующую синюю воронку. Гравитационный коллапс «Синего» готовился стереть с лица земли всю стоянку вместе с остатками павильона и куском леса.

— Босс! — истошно завопил напарник из-под своего купола. — Он разгоняет пространственную массу! Энергия запредельная!

Ждать финала каста наемник не стал.

Рука нырнула в глотку ручного червя, извлекая второй трофей. То самое тяжелое бронзовое зеркало «Девяти Звезд», поднятое из катакомб Абе.

Боец вскинул древний диск перед собой, как обычный щит.

Раздался оглушительный грохот.

Сформированный заряд «Синего» с ревом врезался в позеленевшую бронзу. Зеркало ослепительно полыхнуло серебром. Хэйанские руны по ободу налились светом. Чудовищный гравитационный импульс не просто увяз — он рикошетом ушел по восходящей диагонали. Сгусток энергии чисто, как бритвой, срезал верхушку соседнего холма и растворился в облаках.

Ударная волна сровняла руины павильона с землей.

Годжо потрясенно отшатнулся. Шесть Глаз зафиксировали полный, невозможный абсурд: его ультимативная техника была играючи отражена куском древнего металлолома.

— Да какого хера… — выдохнул гений, впервые в своей идеальной жизни ощутив липкий укол животного страха.

И в этот момент в уравнение вмешался внешний фактор.

Из-за деревьев, с визгом покрышек огибая воронки на асфальте, вылетел еще один черный седан. Машина ударила по тормозам, едва не сорвавшись в кювет. Дверь распахнулась. Наружу выскочила растрепанная женщина в строгом костюме преподавателя Колледжа, сжимая в руках тяжелый проклятый мегафон.

— Прекратить бой! — усиленный магией голос ударил по перепонкам, заставив всех замереть. — Оружие на землю! Директива Высшего Совета официально аннулирована!

Сатору тяжело, со свистом втягивал воздух. Кулаки сжаты до побеления костяшек, взгляд намертво прикован к противнику. Гето, кое-как выбравшись из рассеивающегося купола Тьмы, встал плечом к плечу с другом, утирая пот с грязного лба.

Тодзи без лишних эмоций опустил чудо-зеркало. Скормил клинок обратно червю и перевел скучающий взгляд на запыхавшуюся женщину.

— Аннулирована? — скептически изогнул бровь наемник. — В столице опять правила игры переписывают на ходу?

Преподавательница, тяжело дыша, встала между враждующими сторонами, оттесняя своих учеников назад.

— Клан Камо и Клан Зэнин подписали совместный жесткий протест против самоуправства Совета, — затараторила женщина, боясь, что бойня возобновится. — Тодзи Фушигуро вычеркнут из расстрельных списков. На ваше имя прямо сейчас оформляется официальный статус независимого исполнителя высшей категории в юрисдикции Кансая.

Древний дух за спиной человека раскатисто, издевательски расхохотался.

— Ха! Слыхал, босс?! — Сущность глумливо всплеснула широкими рукавами. — Эти канцелярские крысы поджали хвосты, стоило им сообразить, что мы тут сейчас половину их драгоценного Киото на кирпичи разберем! За свои шелковые задницы затряслись!

Годжо не отрывал взгляда от Убийцы. Юноша небрежно стер кровь с подбородка. В голубых, бездонных глазах плескалась гремучая смесь ярости и странного, тяжелого уважения.

— Фушигуро, — громко, чтобы слышали все, произнес подросток. — Это не финал. Мы еще станцуем.

— Как скажешь, мальчик, — лениво отозвался наемник, закидывая на плечо сумку с миллионами. — Только в следующий раз проследи, чтобы твои старики перевели мне аванс за доставку. За просто так я с тобой больше возиться не намерен.

Вечер застал компаньонов в самом дорогом, закрытом ресторане Киото.

Убийца Магов расслабленно сидел за низким столиком в приватном кабинете. Перед ним теснились блюда с отборной жареной свининой, королевскими креветками и пузатые фарфоровые кувшинчики с коллекционным саке.

Напротив, вальяжно раскинувшись на собственных двоих, восседал древний дух в парадном хаори. Он с первобытным аппетитом рвал зубами исполинскую, истекающую соком свиную рульку, щедро залитую соусом терияки. Проклятая жратва мгновенно конвертировалась в теле демона в чистую энергию. От сытости и удовольствия белые бельма полыхали довольным, теплым светом.

— А я ведь предупреждал! — чавкал напарник, утирая жирный смоляной подбородок рукавом. — Говорил же тебе, босс! Хэйанская классика не стареет! Мы стрясли бабки, поимели связи с верхушкой Камо, отпинали самого борзого столичного вундеркинда и легализовались в системе! Жизнь удалась!