– Чего тебе надо? – Молли с угрозой уперла испачканные мукой руки в бока.

Бернадетт попятилась:

– Я пришла за Розали.

– Ну а что, если я сегодня не позволю ей выйти из дома? На улице очень холодно.

Бернадетт вздохнула:

– Не начинай, мам. Наша Бриони ждет ее, и тебе лучше не нарываться на скандал. Маркус не выключает мотор, так что мне надо поторапливаться.

– Маркус? Когда же я по-настоящему познакомлюсь с ним?

Вся враждебность была забыта, едва Молли услышала о поклоннике Бернадетт. Ее охватывал восторг при мысли, что у одной из ее дочерей есть мужчина, приличный мужчина.

– С ним все в порядке, мам. Ну а теперь разреши мне, пожалуйста, забрать Розали.

Бернадетт надевала на Розали пальто, Молли молча наблюдала за ней.

– У Керри все хорошо, мам, если тебя это интересует.

Молли вновь принялась месить тесто, не отреагировав на слова дочери. Бернадетт сказала:

– Я привезу Розали завтра днем, хорошо?

– Как хочешь. И скажи Бриони, чтобы она не пичкала ее пирожными и конфетами, Рози уже вон как разнесло.

– Ладно, ладно. Пойдем, дорогая, мы поедем на машине.

Розали улыбнулась и пролепетала:

– Бри… Бри…

Бернадетт поцеловала ее:

– Правильно, Рози, мы едем к Бриони.

Молли вытерла руки о фартук и расцеловала своих дочерей в щеки.

– Смотри за ней, чтобы она не простудилась.

– Увидимся завтра, мам.

Молли вместе с ними вышла к машине. Улыбаясь во весь рот, она помахала рукой Маркусу Даулингу. Ей нравился этот высокий светловолосый мужчина.

Маркус в ответ тоже помахал ей рукой. Как только Розали устроилась на заднем сиденье рядом с Бернадетт, Маркус тронул машину с места. Молли махала им вслед, пока они были в поле зрения. Матушка Джонс вышла на крыльцо и заметила:

– Он приятный, правильный мужчина.

Молли кивнула, а затем шутливо заявила:

– Я не стала бы возражать, если бы его башмаки оказались под моим столом!

Старуха Джонс одобрительно захихикала.

Розали и Бриони расположились на ковре перед камином. В камине завывало пламя. Бриони чистила орехи и кормила Розали, которая периодически открывала рот, чтобы получить следующее ядрышко. Керри сидела на диване, поджав под себя ноги, а Бернадетт расположилась на стуле возле камина, положив ноги на отполированную медную решетку.

– Она так много ест! – сказала Бернадетт. – Бриони, нам надо ограничивать ее. Мама говорит, что Рози становится слишком тяжелой и ей трудно ее поднимать.

Бриони фыркнула:

– Мать всегда так говорит, а потом скармливает ей огромный кусок яблочного пирога.

Керри пребывала в полусонном состоянии, характерном для беременных. Она зевнула, издав при этом горловой звук. Бриони засмеялась:

– Притомилась, Кер?

– О, Бриони, я так устала! Сегодня хочу пораньше лечь спать.

Бриони сразу забеспокоилась:

– Послушай, мне кажется, тебе стоит прекратить выступать в клубе до родов. Сосредоточься на своих записях. Бесси Найт может какое-то время подменять тебя. К тому же это для нее дополнительные деньги.

Керри лениво кивнула:

– Мне нравится Бесси. Она хорошо работает, правда? Очень приятная женщина.

Бернадетт брякнула:

– Маркус говорит, что у нее неплохой вид для…

Спохватившись, Берни замолчала. В комнате стало очень тихо.

– О, Керри, прости меня.

Керри, стряхнув дремоту, резко выпрямилась:

– Для кого, Берни? Для черной? Для грязной негритянки? Что там сказал великолепный Маркус Даулинг?

Бриони встала с пола и положила руку на плечо Керри:

– Не начинай, Кер, никто не имел в виду ничего подобного. Давай не будем портить приятный вечер. И так уже плохо, что с нами нет нашей Эйлин. Не будем ссориться.

Керри дернулась.

– Что ж! Я сама порой ненавижу себя за то, что ношу этого ребенка. Не знаю, хватит ли у меня сил, чтобы вынести все то, что придет с его рождением.

Бернадетт твердо сказала:

– Не волнуйся, Кер, мы тебя не подведем. Увидишь, какой уход будет за этим ребенком.

Керри улыбнулась.

– Мне интересно, что у меня получится. И что получится у Эйлин. Мать рада до небес ее будущему ребенку.

Бриони возразила:

– Именно твоему ребенку мать должна бы радоваться. Эйлин не справится с малышом.

– Мама хочет забрать его? Бриони засмеялась:

– Ну уж нет, мамаша его не получит! Эйлин возвращается сюда. И как только она благополучно родит, мы посмотрим, что к чему. Если она по-прежнему будет не в себе, мы ее отправим в «Си Вью», а ребенок останется у меня.