– Скажите своим адвокатам, чтобы они связались со мной и привезли контракты. Мы поговорим об этом на следующей неделе. Хорошо?

Питер улыбнулся.

– Это полностью устраивает меня, дорогая. – Он поднялся. – А теперь я покидаю вас. Благодарю за кофе и надеюсь увидеться через неделю. – Он щелкнул каблуками и вышел из комнаты.

Бриони расслабилась. Пусть Керри подпишет контракты, выпустит пластинки, прославится, а потом они объявят о ребенке. Публике волей-неволей придется это принять. Победителей не судят.

Маркус Даулинг, новый деловой партнер Бриони, вошел в ее кабинет, и девушка подскочила на стуле. Она так глубоко задумалась, что даже не услышала, как он постучал.

– Маркус! Ты меня напугал!

Он улыбнулся. Это был крупный, светловолосый, ослепительно красивый мужчина.

– Мисс Каванаг, я пришел с докладом. Я был в «Бервик Мэнор», там все идет гладко. Штукатуры почти закончили работу. Чтобы довести до конца отделку, потребуется неделя, максимум – две.

Бриони кивнула:

– Это прекрасно. Но и я хотела сказать тебе кое-что.

Маркус насторожился:

– В чем дело, мисс Каванаг?

– Когда в следующий раз повезешь мою сестру Бернадетт домой, выключи мотор, ладно? А то прошлой ночью ты не давал спать половине улицы.

Маркус покраснел, а Бриони засмеялась.

– Ты ведь наверняка не надеялся сохранить это в тайне. Мне сообщили о тебе и о ней через несколько минут после того, как вас увидели вместе. Я забочусь о своих сестрах, понимаешь ли, и меня очень интересует, чем и с кем они занимаются. Это была завуалированная угроза.

– Видишь ли, я очень уважаю Бернадетт, но мы с ней знакомы только неделю, – объяснил Маркус. – Так что говорить о чем-то серьезном слишком рано. Мы друзья, вот и все.

Бриони пожала плечами:

– Ладно, она уже большая девочка.

Маркус расслабился, поняв, что Бриони не сердится.

– Вот что, Маркус, – продолжала Бриони. – Похоже, ты все держишь в руках. Я хочу, чтобы ты снял часть груза с моих плеч. Я хочу, чтобы ты заведовал «Мэнором», делал всю грязную работу, скажем так. Но важнейшие решения буду принимать я.

– Разумеется. Но когда-нибудь я смогу войти в долю? Бриони затянулась сигаретой, а потом ответила:

– Если будешь устраивать меня, то есть работать без серьезных проколов, то почему бы нет?

– Я постараюсь, Бриони. Буду работать на тебя как негр! От взгляда, который бросила на него Бриони, улыбка исчезла с лица Маркуса.

Томми Лейн был вымотан до предела. Лицо у него болело от холода, руки замерзли. Он повернулся лицом к ветру, и его глаза моментально наполнились жгучими слезами. Томми глубоко засунул руки в карманы пальто, сожалея, что у него нет с собой перчаток. Наконец он заметил приближавшуюся машину – ее фары ярко светились в темноте. Томми вздохнул с облегчением и увидел, как облачко пара вылетело изо рта. Машина замедлила ход, он зашел со стороны пассажирского сиденья и скользнул внутрь.

– Ты опоздал.

Маркус Даулинг пожал плечами:

– Прости, Томми, приятель, но Бриони задержала меня допоздна, а потом мне пришлось везти домой Бернадетт.

Томми кивнул. Он закурил и серьезно сказал:

– Похоже, что у Бриони назревает конфликт с мальтийцами. Они требуют с нее деньги. Думают, видно, что наши отношения с Бриони – уже история. Что ж, мы с тобой сейчас заглянем к старикану – главе семьи. Трогай, Маркус.

Пока они ехали, Томми молча смотрел в окно, думая о Бриони. «Мне следовало бросить ее, чтобы спасти себя. У Бриони слишком много сложностей в жизни. Но одного этого было недостаточно, чтобы я покинул ее». Временами он тосковал по ней чуть ли не до физической боли. «Если бы только мы могли оставаться друзьями. Но при наших отношениях это невозможно. Либо я должен иметь ее всю, на сто процентов, либо вообще ничего».

Виктор Рикардо был иммигрантом с Мальты. Он родился в маленькой рыбацкой деревушке и приехал в Англию вместе с пятнадцатилетней женой. Он поселился в Ист-Энде, там его жена родила ему шестерых сыновей, и у всех были крупные носы, глубоко посаженные темные глаза и густые непослушные черные волосы. Ему нравилось то, что сыновья, похожи на него как двойники. Перед Виктором лежала бухгалтерская книга, в которой значилось, кто ему должен и на какое время отсрочен долг. Сегодня он просмотрит эту книгу, а завтра утром его сыновья начнут погоню за неплательщиками. Он хорошо это организовал. Виктор обдумывал, а не сделать ли ему рэкет своим основным занятием. Теперь, когда Томми Лейн порвал с Бриони Каванаг, наступило подходящее время, чтобы заявить о себе. Виктор уже получал свою долю от итальянских заведений в Сохо. Теперь он решил, что может добраться до клубов. Если он заставит такую фигуру, как Бриони Каванаг, отстегивать ему долю, другие быстренько последуют ее примеру. Она женщина, рядом с которой нет мужчины, и что бы там о ней ни болтали, она просто женщина, баба. Виктор докажет, что Бриони уязвима, как все. Он и его сыновья заставят ее платить, годами платить ему за «крышу».

Виктор улыбнулся при мысли об этом. Ирландцы ее боятся, евреи ее боятся, немецкие и русские иммигранты тоже ее боятся. Что ж, мальтийцы должны воспользоваться такой ситуацией и надкусить это нетронутое яблочко.

Виктор налил себе рюмочку коньяку и залпом выпил, с наслаждением ощущая, как обжигающая жидкость катится по горлу в утробу. Внезапно дверь офиса распахнулась, и Виктор поднял глаза. Он судорожно сглотнул слюну, увидев, кто стоит на пороге рядом с его сыном Марио.

– Привет, Виктор, как поживаешь? – Голос Томми звучал спокойно и дружелюбно. – Ты знаешь Маркуса Даулинга?