Однако беспрецедентное по своей наглости и размаху нападение на автомобиль с дочерью одного из его ближайших соратников, совершённое практически в центре столицы в дневное время на глазах у сотен горожан, заставило Александра Петровича нервничать. Это было уже чересчур. Романов понимал: реагировать на такое нужно быстро и жёстко. Поэтому он и собрал экстренное совещание, на которое пригласил лишь тех, кому мог доверять больше всего и кого считал своими самыми верными соратниками.

В кабинете, помимо его хозяина, находились глава КФБ России граф Валуев, руководитель столичного департамента КФБ граф Милютин и сотрудник администрации кесаря князь Глебов. Помимо этих трёх человек, кесарь доверял ещё князю Зотову, но тому в силу сложившихся обстоятельств было не до совещаний.

– У меня нет слов, господа, чтобы выразить, насколько я потрясён, – сообщил кесарь собравшимся. – И дело даже не в том, что Фёдор Сергеевич не посторонний для меня человек. Само преступление – дикость! Даже во время беспорядков и столкновений в одиннадцатом году никто не взрывал машины в столице. Это не просто война между родами – произошедшее выходит за рамки конфликта семей. Стрельба из гранатомётов в центре Великого Новгорода – это терроризм. Это вызов всему нашему обществу. И мы должны на этот вызов ответить незамедлительно и самым суровым образом. Но вот только для начала нам надо выяснить, кто это сделал. Есть ли у нас на этот счёт какие-нибудь предположения?

– Мы работаем над этим, Александр Петрович, – ответил Валуев. – Мы проанализировали всю доступную нам информацию. В первую очередь, конечно же, под подозрение попадает молодой граф Левашов. Он обвинил Фёдора Сергеевича в убийстве своих родителей и собирался инициировать по этому поводу Суд Чести. И хоть он не обещал мстить, но объективно, сейчас он единственный, у кого есть открытый конфликт с Зотовыми. К тому же он исчез после нападения, а возле расстрелянной машины нашли тело начальника службы безопасности Левашовых – Берёзина. Правда, есть два момента, которые склоняют меня к тому, чтобы не подозревать нового главу рода в этом нападении. Точнее, не делать его главным подозреваемым.

– Что это за моменты? – поинтересовался кесарь.

– Во-первых, молодой граф Левашов хоть и стал главой рода и имеет все полномочия и верных людей, но он вряд ли способен на организацию такой сложной операции в столь короткие сроки. Да и вряд ли у него хватило бы духу и смелости на такое.

– А если ему кто-то помог? – спросил кесарь.

– Всё равно, слишком мало времени. Очень уж грамотно всё провели. Такое не два и не три дня надо готовить, – ответил Валуев. – И второе, что не вяжется с версией мести – это похищение дочери Фёдора Сергеевича. Если бы Левашов хотел отомстить, логичнее было бы убить княжну. А ещё логичнее не её, а самого Зотова. Зачем похищать девушку? К тому же ещё и не одну. В машине находился парень, который спас её от изнасилования, и которого Фёдор Сергеевич взял под защиту. Кстати, это отдельная история, и мы к ней вернёмся. Так вот, парень тоже исчез. И мне это всё кажется очень странным.

– Есть ещё третий момент, который запутывает ситуацию ещё сильнее, – вступил в разговор Милютин. – На месте нападения обнаружили четыре тела. В машине – водителя и начальника службы безопасности Зотовых, а снаружи – двоих нападавших. С одним из них сразу всё было ясно – это, как уже сказал Игорь Денисович, эсбэшник Левашовых Берёзин. А вот второго долго не могли опознать. И буквально перед самым совещанием мне сообщили, что личность неизвестного нападавшего раскрыта. Это личный охранник Дубинина.

– Того самого? – не скрывая удивления, спросил кесарь.

– Да, – ответил Милютин. – Валентин Андреевич Дубинин – первый заместитель губернатора Великого Новгорода и ближайший соратник Троекурова.

– Вот это поворот! – не удержался от замечания Глебов. – Интересно, как Валентин Андреевич это прокомментирует.

– Полагаю, скажет, что удивлён и обескуражен. По крайней мере, я бы на его месте именно так и сказал, – ответил Милютин.

– Но устроит ли такой ответ Фёдора Сергеевича?

– Фёдора Сергеевича ничего не устроит, кроме найденной дочери, живой и невредимой. Он сейчас в бешенстве – похищена наследница и убиты два верных человека. Я общался с ним, пытался обсудить произошедшее, но у него сейчас только и разговоров что о поисках Арины и мести. Ему надо немного остыть. Я приказал личность четвёртого погибшего держать в тайне до моего отдельного распоряжения. Не хватало нам ещё, чтобы Фёдор Сергеевич решил на горячую голову разбираться с Дубининым.

– Верное решение, Иван Иванович, – похвалил Милютина кесарь. – Усугублять ситуацию не стоит. Нам сейчас нужно тщательно провести расследование. А после найти и жёстко наказать виновных. Повторюсь, происшествие вышло за рамки конфликта родов. Это вызов всему обществу. Если мы сегодня не покажем, что власть прикладывает все усилия, чтобы улицы столицы были безопасными, то завтра каждый, кто может себе это позволить, будет передвигаться по городу в сопровождении кортежей из броневиков. И мы даже не заметим, как Великий Новгород превратится в Токио или Гонконг.

– Полностью с Вами согласен, Александр Петрович. Безопасность столицы – это то, чем мы всегда по праву гордились, – сказал Милютин. – Уровень преступности в Великом Новгороде ниже, чем в Москве и Петербурге, притом что те города напичканы камерами, а столица нет.

– И этот недостаток нам тоже нужно исправить, – заявил кесарь. – Прямо с завтрашнего дня займитесь этим. До конца года в столице должна функционировать хотя бы простейшая система наружного наблюдения. А со временем её следует довести до уровня московской или петербургской.