– Так дело не пойдет, надо снимать парашют!

Но Аввакумов волнуется, спешит и все же старается как-нибудь пролезть за бронеспинку с парашютом. Он не замечает, как ногой задевает за выключатель магнето. Мотор самолета Орлова остановился. И запустить нечем.

А фашисты, видя добычу, рвутся теперь уже к двум самолетам Орлова и Аввакумова. Сидоров, Железнов и Алексеев изо всех сил отгоняют огнем из пулеметов фашистов и тем самым не дают им приблизиться к летчикам.

Положение двух капитанов, находящихся на земле, становится незавидным: позорный плен или смерть! Аввакумов, мокрый от пота, вылез из кабины самолета Орлова и потянулся рукой к пистолету.

– Подожди! – кричит ему Орлов, – ты что, с ума сошел?

В ту же минуту на посадку пошел капитан Сидоров. Кругом стрельба, немцы во что бы то ни стало пытаются прорваться к сидящим на земле самолетам, теперь уже трех советских летчиков. Железнов и Алексеев продолжают отсекать наседающих врагов огнём пулемётов, буквально притирая их к земле фюзеляжами самолётов.

– Что вы тут делаете? – кричит подруливая Сидоров.

– Костю хотел забрать, а мотор выключился. Вот и сидим на мели.

– Виноват во всем я, – говорит Аввакумов. – Скорее улетайте.

– Садись на пирамиду шасси, – кричит Сидоров Орлову. – Буду взлетать, на руках подтянешься. Прикрепись к стойке шасси ремнем.

Орлов быстро устроился на шасси и привязался. Сидоров увеличивает обороты мотора – и самолет в воздухе. Костя Аввакумов и два истребителя остаются на земле.

А фашисты рвутся к ним, как бешеные. Короткими перебежками они все ближе продвигаются к советским истребителям, у которых суетится Аввакумов, готовясь их поджечь.

Теперь на выручку товарища идет капитан Железнов. Он садится и подруливает к Аввакумову.

– Орлова увез Сидоров, – сообщает Железнову Аввакумов.

– Куда посадил?

– На шасси.

– Садись туда же! Да побыстрее, а то у Алексеева боеприпасы на исходе.

Аввакумов быстро подвязывается ремнем к шасси и на руках подтягивается над колесом. Железнов дает газ и его самолет в воздухе.

Алексеев с яростью всаживает в фашистов последние очереди из своих пулеметов, а затем пристраивается позади самолета Железнова.

На земле остались два пылающих факела – это горели подожженные Аввакумовым самолеты.

Все это узнали мы вечером в столовой. Потеря двух истребителей с лихвой компенсировалась огромным уроном, нанесенным фашистской колонне отважными летчиками полка.

Только вот у капитана Аввакумова долго болела рука: во время полета она попала под балку, на которую подвешивался реактивный снаряд. Потоком воздуха перегнуло руку и растянуло сухожилие.

Через несколько дней во фронтовой газете появилась статья под названием «Четыре капитана».

Много было боев в то тяжелое военное лето 1942 года. Боевые вылеты прерывались лишь необходимостью заправить самолеты горючим и боеприпасами. Во время обеда – небольшая передышка. Ну и, конечно, ночь. Но как она коротка!

Каждый день мы уставали от полетов и боев, недосыпали, недоедали и были страшно злы на проклятых фашистских оккупантов, оскверняющих нашу прекрасную Родину. Это они принесли нашему народу неимоверные страдания, кровь и смерть. Всю свою ярость мы обрушивали на их головы во время штурмовок.

Co злой радостью взлетели мы всем составом полка на штурмовку фашистского аэродрома в Анапе, где, по данным разведки, было сосредоточено большое количество бомбардировщиков и истребителей.

Мы только что накануне перелетели на полевую посадочную площадку, расположенную возле станицы Анапской. Маленький полевой аэродром едва уместил на своем поле штурмовиков Ил-2 и истребителей нескольких полков, сосредоточенных командованием для нанесения удара по базе вражеской авиации.

Еще не наступил рассвет – слышим голос начальника штаба:

– Подъем! Подъем! Грейте моторы, всем готовиться к вылету!

Душная ночь стала прохладной, зарозовело на востоке. Армада советских самолетов поднялась в воздух и взяла курс на Анапу. Немцы не могли даже представить себе, что наша авиация в такое трудное для себя время дерзнула нанести штурмовой удар по тщательно охраняемому аэродрому.

Удар был неожиданным и стремительным. Немцы открыли беспорядочный зенитный огонь, но летевшие поблизости штурмовики быстро разделались с зенитками. Теперь уже все наши самолеты беспрепятственно подошли к аэродрому и с первых атак подожгли несколько фашистских самолетов. Потом истребители построились в круг и с пикирования начали бить по целям.