Мустафа поднялся.

– Я майор Каримов, командир экипажа орбитальной станции «Мир».

– Я ж кажу - офицерня!
– подтвердил красноармеец.

– Ну а вы кто такие?
– спросил Мустафа.

– Ишь любопытный!
– бородатый неодобрительно покачал головой.

– Погодь!
– оборвал его Яшка.
– Мы-то?
– он усмехнулся и коротко козырнул.
– Командир разведроты отдельного истребительного полка Смертоносной революционной бригады имени товарища Энгельса Косенков! Так что, сами понимаете, господа контра, дело ваше - дрянь!

– Почему же контра?
– спокойно возразил Мустафа.
– Мы выполняем важное государственное задание. Эта станция - собственность Российской Федерации.

– Российской Федерации?
– переспросил Яшка.
– Которая РСФСР?

– Да, она построена в РСФСР. Вон и красный флаг на борту, с серпом и молотом.

Яшка обернулся к бородатому.

– Тищенко! Был флаг?

– Не приметил я.

– А вот по зубам как съезжу, чтоб вперед примечал!

– Да врут, поди! Ты на морды-то их погляди! Сразу видать белую кость! К стенке, без разговоров!

– Стой, братва!
– Яшка покачал головой.
– Как бы нам тут дров не наломать. Может, они спецы…

– Я могу еще кое-что показать!
– Мустафа подошел к шкафчику.

– Но-но-но! Руки-то убери!
– Яшка поднял маузер.
– Тищенко, проверь!

– Что за комедия, Мустафа?
– недоуменно спросил Егор.
– Чего ты с ними разговариваешь? Мы же на Земле! Концерт окончен, пошли за пивом!

– Сиди, малец, бо тоже схлопочешь!
– Тищенко отпихнул Егора от шкафчика и открыл дверцу.
– На Земле он! Я той Земли, почитай, уж три месяца нэ бачив… Тут прапор якись!
– Он вынул из шкафчика и протянул Яшке треугольный кумачовый вымпел с золотой бахромой и вышитыми гладью портретами вождей мирового пролетариата.

– Ишь ты!
– Яшка пощупал ткань.
– Красота-то какая! Это на пику, что ли, вешать?

– На стену, - сказал Мустафа.
– Комсомольцы подарили. Портреты узнаешь? Ленин, Маркс и смертоносный товарищ Энгельс.

– Ленин?!
– Яшка с благоговением погладил портрет.
– Так вот он какой!
– глаза его подобрели.
– Этакий флажок мандата стоит, - он повернулся к Мустафе.
– Ты вот что скажи, товарищ спец, у тебя телеграф есть?

– Есть радио, - сказал майор Каримов, подошел к передатчику и щелкнул тумблером. Егор осторожно переглянулся с Джеймсом. Кажется, командир вел хитрую игру.

– Так что ж ты молчал, недогада!
– оживился Яшка.
– Сказал бы сразу про радио, мы бы тебе и душу не мытарили! Зараз же и узнаем, из которого чугунка ты щи хлебаешь! А ну, передавай на Землю, - он прокашлялся.
– Москва, Кремль, Ленину!

Рука Мустафы, тронувшая было регулятор настройки узконаправленной антенны для связи с ЦУПом, остановилась.

– Кому?!

Яшка самодовольно провел ладонью по едва намечающимся усам.

– Да ты не сомневайся, браток! У нас такое донесение, что прямо ему надо! Лично! Пиши, пиши давай! «Героические бойцы Смертоносной бригады имени товарища Энгельса в пламенных битвах на просторах нашей трудовой рабоче-крестьянской Галактики водрузили освободительное знамя диктатуры пролетариата на трех планетах земного типа с кислородной атмосферой!» Ну, чего ты на меня выпучился? Я цельный месяц слова учил! Дальше пиши! «Шлём боевой привет вождю революции и просим помочь с патронами, а также с обмундированием, потому как бойцы здорово дерут его об штыки по причине тесноты в паровозах». Подпись: «Комбриг-один Кирпотин». Фу-у!
– Яшка с облегчением вытер пот со лба.
– Думал, не довезу!

– «Байкалы»!
– раздался вдруг в отсеке громкий голос.
– Почему вышли на связь по открытому каналу? Что случилось? Докладывайте!

– У нас тут красноармейцы!
– закричал Егор.
– С винтовками! Яшка и его бойцы ошеломленно крутили головами, ощетинившись штыками во все стороны. ЦУП озадаченно молчал.

– Ну кто тебя просил?!
– прошипел Мустафа.

– Пьяные, сволочи, - послышался из динамика усталый голос.
– Узнаю, кто пронес водку на борт - выгоню из отряда! А туристов твоих оштрафую! Так что они без штанов домой отправятся!

– Товарищ руководитель полетов!
– сказал Мустафа официальным голосом.
– У нас на борту посторонние, называющие себя красноармейцами.

– Спокойно, Каримов!
– в голосе руководителя полетов зазвучало спокойствие, которое бывает только при чрезвычайных ситуациях.
– У вас отравление закисью азота. Перекройте вентиль три-пятнадцать в кислородном отсеке.

– А ну, дай-ка я сам с товарищем поговорю!
– сказал вдруг Яшка, оттеснив Мустафу от пульта.
– Слушай, браток! Ты донесение Ленину передал? Ты передавай, не тяни! А не то я сейчас сам на паровозе прилечу и лично с вот этого вот маузера, - он ткнул стволом в панель приборов, - за такую твою несознательность посчитаюсь.

– Кто это говорит?
– голос руководителя дрогнул.

– Косенков говорит! Яков Филимоныч. Командир отдельного истребительного… В общем, на паровозе мы! Прилетели с планеты имени товарища Бебеля. Передавай немедля, человечно тебя прошу, не доводи до греха!

ЦУП опять надолго замолк.

– Можно вас спрашивать?
– произнес вдруг Джеймс Купер, обращаясь к одному из красноармейцев.
– Когда вы отбыли с Земли к этот… Бабель-планета?

– Хрен же его пересчитаешь без луны да без солнца!
– задумчиво сказал боец.
– Когда ночь, когда день - неизвестно! Но так, по износу обмундирования - месяца три назад выходит.