Шрифт:
Учительница с испуганным лицом загородила дверь, раскинув руки, как наседка крылья:
– Куда вы? Звонка не было. На место! На место! Что вы делаете?
– с упреком сказала она Маше.
– А если директор услышит шум?
Методистка, сдерживая смех, пробиралась из класса.
– А вот мы в кабинет к директору сейчас и направимся. Будем обсуждать урок Строговой.
Первым, не глядя на Машу, прошмыгнул мимо Усков, и Маша поняла: пропала!
Собрались в кабинете. Студенты с блокнотами перешептывались, опуская глаза. Методистка, напротив, ожила и, потирая ладони, лукаво посмеивалась.
– Кто начинает?
– спросила она веселым баском.
Ася Хроменко улыбнулась, на щеках у нее заиграли ямочки...
– Пожалуйста, - охотно предложила методистка.
В уроке Строговой ошибки были явны, их мог перечислить любой. Ася боялась, что кто-то перечислит раньше ее, поэтому заторопилась взять слово. Важно было не то, какой дала Маша урок, а как интересно и умно об этом уроке скажет она, Ася.
Она увлеклась и сыпала словами: конечно, первый урок и, конечно, нет опыта, но забыть проверку по журналу, не дотянуть до звонка и стоять, как памятник, когда в классе содом, - слишком много ошибок!
Все было именно так, и у каждого студента это записано в блокноте, но чем дальше перечисляла Ася промахи Маши, тем большее охватывало всех недоумение.
– А все-таки урок хорош, - задумчиво сказала Дорофеева, когда Ася выложила свои соображения.
– Что-то в нем есть...
– Именно, вот именно!
– шумно подхватил Усков.
– Вначале я сбился с толку, но теперь понимаю. В уроке Строговой - принципиальные выводы, спроектированные на современность...
Усков принялся излагать мысли о простых и обыкновенных вещах так мудрено, что в конце концов запутался, оборвав выступление на полуслове.
Начался спор. Одни говорили, что урок совсем плох, другие - хорош.
Слово взяла методистка.
– Промахи ваши заметили все. Промахи нетрудно заметить. А вы, голубушка моя, - Марина Николаевна погрозила пальцем Асе Хроменко, главное проглядели, вот что я вам доложу! У пятиклассников нынче со стариком Крыловым знакомство состоялось, а вы проглядели. Подружились ребятишки с баснописцем Крыловым. Строговой за это спасибо... Знаете ли вы, товарищи практиканты, что такое творчество в педагогической работе? Почему сегодня оживление в классе? Почему ребятишки быстро все поняли, обо всем догадались? Спросите у Строговой. Она вам расскажет. Учитель дома, над книгой создавая урок, испытал волнение мыслей и чувств - дети в классе ему отозвались. Холодным пришел в класс учитель - батюшки мои, скука какая! И дети - те, да не те. Вот откуда все идет - от учителя! Берегите в себе огонек! Если он не горит в вас, никого не зажжете!
Вечером Маша писала письмо:
"Родная моя тетя Поля! Помните ли вы один наш разговор, когда летом я жила в вашей милой Владимировке? Я сказала вам или подумала: скучно быть учительницей. Тетя Поля, кажется, я ошибалась".
Глава 12
Никто не удивился, когда Строгова на экзаменационной сессии сдала несколько экзаменов досрочно, а за литературу XIX века заслужила особое одобрение Валентина Антоновича.
– Хотела бы я знать, за что он так расхвалил нашу москвичку? спросила Юрия Ася.
– Наверно, за то, что отвечала отлично и не похоже на других, ответил он не задумываясь.
– Давно ли за непохожесть на других ты называл Строгову индивидуалисткой?
– уличила Юрочку Ася.
Она произнесла эту фразу с вызовом, полагая, что быстрая смена взглядов не служит украшением человека. Усков поставил портфель на пол и свернул цигарку.
– Вопрос об индивидуализме надо обсудить принципиально, - строго заметил он.
– Выдернешь десять цитат из разных книг?
– Могу привести практические примеры из жизни.
– Есть наблюдения?
– Есть.
На мгновение Усков увидел настороженность в Асином лице, однако она рассмеялась, и он узнал наивные ямочки на ее щеках.
– Вот тебя индивидуалистом уж никак не назовешь!
– воскликнула она с той простодушной искренностью, перед которой Юрий чувствовал себя безоружным.
"Черт ее разберет!" - подумал он с досадой.
Ася вынула из портфеля книгу, полистала страницы.
– Посмотри, - небрежно предложила она.
Усков ахнул - это была та самая книга, которую он давно и безуспешно разыскивал. Он ухватился за нее и не в силах был выпустить из рук.
– Как раз к твоей теме, - улыбнулась Ася.
– Ну еще бы! Ах, черт!
– Можешь взять.
"Все-таки у нее есть товарищеская закваска, - рассуждал Усков, подкупленный Асиной щедростью.
– Но в то же время она здорово себе на уме. Загадочный тип! Не разберешь".
Наконец наступил знаменательный день. Юрий вышел из дому за час до занятий он жил на окраине города; для неторопливой ходьбы часа было достаточно.
Юрий озабоченно прижимал к боку свой толстый бывалый портфель. Он был нервно настроен. Явно бесспорны научные выводы, к которым Юрий пришел, и все же...