И вот сейчас эта Варшавская змея смотрит на нас так, будто она хозяйка положения и как минимум генерал армии на этом направлении фронта. А мы с графиней Самоцветовой максимум командуем ротой разведки.

— Благодарю за ваше участие, ваша светлость, — подбирая слова, начала графиня, — мне очень приятна ваша поддержка. Но, уверяю вас, нынешний инцидент — целиком и полностью дело рода Самоцветовых. Вам и вашим ратникам не стоит переживать.

Старушка мило улыбнулась, хотя внутри неё бушевали эмоции.

— «Инцидент»? — вскинула бровь великая боярыня. — Вы называете нападение на кортеж главы графского рода и похищение самого графа простым словом «инцидент»?

— Инциденты бывают разной тяжести, — как можно спокойнее ответила Айседора Ивановна. — Также хочу заметить, что мой внук до сих пор не глава рода.

— Это лишь условности, — махнула рукой великая боярыня. — Особенно ввиду последних событий.

Графиня нахмурилась и спросила:

— Прошу прощения, о каких событиях вы говорите, ваша светлость?

— А разве не понятно? — пожала та плечами. — МАУД закрыта из-за крайне печальных событий — утечки газа. Ремонт в Академии явно может затянуться. А может, она теперь вообще не откроется? Такое тоже нельзя исключать, поверьте мне. А раз так, стало быть, случился пресловутый форс-мажор, из-за которого Сергей не факт, что сможет выполнить условия, оставленные вашим покойным мужем. Если нет МАУД, Сергей не может её закончить, Айседора Ивановна. Но не переживайте, юристы нашего рода уже занялись этим делом. Сергей сделал всё, что от него зависело, чтобы выполнить условия предыдущего главы рода. Но случился форс-мажор, и теперь ему необязательно заканчивать МАУД.

Она улыбнулась краешком губ.

Графиня же изумлённо хлопнула ресницами.

— То есть, как это необязательно? — выпалила она. А затем мотнула головой и чуть повысила голос: — Постойте, почему вы вообще считаете, что ваши юристы имеют право заниматься делом о наследовании поста главы другого рода?

Старушка добела сжала кулаки, но пыталась при этом не сорваться на крик и говорить вежливо.

Марьяна Арнольдовна снова улыбнулась краешком губ и произнесла:

— Потому что речь о моём женихе. Официальном. Я жду не дождусь, когда мы с Серёжей поженимся, и, как его будущая жена, я уже готова отстаивать его интересы. А мой род готов поддерживать меня. У нас не принято устраивать склоки между членами рода, а наоборот, принято любить друг друга и помогать друг другу.

Она многозначительно посмотрела на графиню.

Та аж побледнела лицом и округлила глаза. Сдаётся мне, Айседора Ивановна услышала в этой фразе гораздо больше, чем я.

Довольная произведённым эффектом, великая боярыня продолжила:

— И именно по этой же причине я прибыла сюда сразу же, как только узнала, что Серёжа в беде. Поэтому давайте не будем больше тратить время впустую. — Она сверкнула глазами и холодным тоном спросила: — Где он?! Где те, кто его держат?!

Айседора Ивановна сжалась всем телом под напором великой боярыни — тот случай, когда личный опыт пожилой аристократки проигрывал той мощи, что стояла за спиной девицы с фамилией Романова-Варшавская.

Глядя на это, я поймал себя на крайне неприятной мысли.

Марьяна Арнольдовна не сомневается в мощи своего рода, уверена в ней и полностью пользуется своим именем.

Притом, что она всего лишь племянница великого князя.

В то время как Анна, единственный ребёнок Императора, была уверена именно в себе самой. Грубо говоря, она несёт в себе силу рода, а Марьяна лишь прикрывается силой своего рода.

Но!

Если бы Анна вела себя так же, как Марьяна…

Скорее всего, эффект был бы гораздо слабее. Да, для обычного люда фигура Императора, по сути, сакральная. Но вот для видных аристократов племянница великого князя Варшавского выглядит более мощной фигурой, чем единственная дочь Императора.

Отвратительно.

Пока сильные империи раздирают подобные противоречия, этот мир ни при каких условиях не сможет выстоять перед полноценным вторжением демонов.

— Ваша светлость, — поклонившись, заговорил я, раз уж графиня Самоцветова «потерялась» и сейчас пыталась экстренно собраться с мыслями. — Прошу прощения, но её сиятельство подготовилась к этой операции. Смена командования и плана действий может нарушить всю организацию и привести к ненужным жертвам.

Марьяна Романова-Варшавская недобро нахмурилась и повернулась в мою сторону, лишь когда я замолчал.

— Ты считаешь, что имеешь право говорить со мной? — спросила она.

— Законом не запрещено, — пожал я плечами. — Да и нормами приличия тоже, раз уж мы все стоим рядом.

Она нахмурилась ещё сильнее и холодно проговорила:

— Помимо закона и норм приличия существуют ещё и давние традиции. Негоже вчерашнему простолюдину открывать рот в присутствии той, в чьих жилах течёт кровь правителей Империи.

Она смотрела на меня тяжёлым, давящим взглядом.

Но мне было плевать на взгляд какой-то девчули. И не таких глазастых видывали… Тот же Архидемон Подавления смотрел гораздо более выразительно. А всё равно проиграл Овну из моей прошлой жизни.