«Бум!» — чувствую ногами глухой удар из-под земли. При этом никаких посторонних звуков — полная тишина.

«Бум!» — Почти без паузы за первым ударом следует второй.

Недалеко от меня, там, где находятся камни, земля высыхает прямо на глазах и трескается с громким щелчком. На звук тут же поворачивается Ариадна, а бесенята вскакивают на лапы.

— Что случилось? — спрашивает менталистка. — Я осмотрела всех, кого ты вытащил, они в полном порядке. Никакие техники, кроме диагностических не применяла.

— Понятия не имею, — отвечаю. — И дело тут точно не в твоих техниках. Ты почувствовала удары?

Смотрю на непонимание во взгляде девушки и предвижу ответ. С пленными всё в порядке — уже хорошая новость. Теперь осталось выяснить, что происходит под землёй, и почему эти содрогания ощутил только я.

— Какие удары? — переспрашивает Ариадна.

— Прямо под нами, — говорю ей. — Если сможешь посмотреть, есть ли под землей разум, будет очень кстати.

Отступаю на пару шагов. Земля трескается ещё раз всё с тем же треском, но уже практически поперёк. А ведь это самый фокус ритуала.

«Бум!» — Мои ноги чувствуют ещё один удар. Камни почти что подпрыгивают, а земля будто ударяет стопы ног. Этот удар настолько сильный, что реагирую на него не только я. Менталистка тоже делает пару шагов назад. Вибрация проходит по всему рисунку и выходит немного дальше. Что это — непонятно, но, по ощущениям, ничего хорошего.

Камни ритуала шевелятся. После очередного удара земля под ними лопается — и камни медленно заваливаются внутрь небольшого провала.

— Кажется, оно лезет на поверхность, и мне это не нравится, — сообщает Ариадна.

— Ты почувствовала? — уточняю.

— Разум? — переспрашивает девушка. — Да. И не только. Внутри этого существа много злости.

— Оно большое? — задаю вопрос и делаю еще один шаг назад. Под ногами расползается очередная трещина.

— Здоровенное, — подтверждает менталистка. — И оно всё ближе.

— Это одно существо или их несколько? — На ум приходят только землеройки, но тут однозначно не они.

Те существа не вспахивали землю, просто перемещались под нами. Здесь же чувствуется прямая агрессия и желание вспороть поверхность. Ариадна права — злость сочится в каждом движении и ударе.

— Больше ничего не могу сказать, — произносит девушка. — Разум и злость — на этом всё. И если это одно существо, то оно почти здесь, — с паузами произносит она.

А вот я ничего не чувствую, но на автомате отступаю ещё на пару шагов — ну его, чтобы не провалиться самому.

Земля лопается практически не переставая. Камни уже не наклоняются — они буквально один за другим падают в провал, тем самым ещё больше расширяя дыру. И вот теперь прекрасно чувствую, как оттуда пышет магия. Языки хмари кружатся и взлетают — вижу их абсолютно отчётливо. Над провалом буквально дрожит воздух.

— Оно уже здесь, — произносит Ариадна и распахивает глаза.

Отскакиваю.

В этот же момент из дыры в земле вырываются щупальца. Тонкие сегменты, собранные по сочленениям, и в каждом щупальце таких сегментов десятки. Кажется, что они состоят из костей, но так сразу не определить. Щупальца нащупывают землю, впиваются в неё и пытаются вытащить то, что лезет изнутри.

— Их всё больше, — замечает менталистка и отступает вместе со мной подальше.

Перед нами вылазят десятки шевелящихся костяных щупалец. Над провалом проявляется зеленоватый туман. Пространство скрипит от напряжения, будто прямо сейчас здесь происходит что-то серьёзное. Намного серьёзнее, чем предшествующий ритуал.

— Хорошо, что ты оттащил ребят подальше от камней, — говорит Ариадна. Даже в такую минуту она не забывает о пленных.

— Ага, иначе бы еще и подкормили это… — соглашаюсь и не отрываю взгляд от рвущегося из-под земли монстра.

Кажется, что он пытается подтянуться, но у него никак не получается.

Тут же стреляю росчерками. Они попадают в тварь, но будто не наносят ей никакого вреда. Сгорает только один сегмент ближайшего к нам костяного щупальца. Осыпается пеплом на землю — и на этом всё. Щупалец что тонких, что толстых — очень много, и каждую секунду их всё больше и больше.

Стреляю дробью. Эффект тот же самый — осыпаются ближайшие средние сегменты, но сами щупальца остаются условно живыми. А вот стрельба этому непонятному монстру абсолютно не нравится.

Изнутри, откуда лезет основная масса, доносится недовольный и глубокий рокот. И я снова чувствую его всем телом — при этом не слышу ни единого звука. Отчетливо чувствую злобное внимание — и тут же активизируется ощущение близкого будущего, как на тропах.

Похоже, именно в этот момент пространство становится наиболее похожим на то, которое пролегает между мирами.