Ведь, даже обладая простенькими молниями, можно выстроить такую траекторию развития, что в дуэли спасует даже титан с самым крутым даром.

Увы, но в моём случае оставался лишь один выход — Закалка тела.

Это не значило, что я забью на Закалку духа и воли, нет, это тоже потенциально крутые направления, но упор сделаю на прокачку тела.

— Меня совершенно не интересует, что принято, а что не принято в твоей картине мира, неофит, — голос призрака вырвал меня из размышлений. — Или ты снимаешь мундир, или получаешь предупреждение.

— Но у меня под ним ничего нет! — возмутилась девочка.

Присмотревшись к ней повнимательней, я понял, что в центре аудитории осталась лишь одна Элис. Одна из тех трёх девчонок, которые мне соврали насчёт своих даров.

И сейчас она спорила с наставником, не желая обнажаться.

— Видимо, не нашла язык с призрачным партнёром, — проворчал Дон. — Гар Сап никогда не полагается на волю случая и, проверяя дары неофитов, всегда требует избавляться от всех артефактов, включая мундиры.

Я сделал себе мысленную отметку, что наставник Бронзовой лиги — адепт научного подхода, и мысленно уточнил.

«Хочешь сказать, что призрачный партнёр Элис специально не сказала ей про особенности Гара Сапа?».

— Скорей всего, — подтвердил Дон. — Ну или девочка была уверена, что пройдёт испытание страхом.

Спор тем временем набирал обороты.

— Забудь про то, что ты девочка, — в голосе мастера-наставника Бронзовой лиги мелькнуло раздражение. — Титанам нет дела до твоего пола, возраста и цвета кожи. Правила едины для всех.

— Я не буду раздеваться на глазах у всех!

Гар Сап молча взмахнул рукой, и в лоб Элис врезалась бронзовая молния.

— Ай! — взвизгнула девочка. — Вы не имеете права!

— Мы заключили сделку, — голос призрака налился силой. — Ты должна показать свой дар.

— Я могу показать его и в мундире, — возразила Элис.

— Никаких артефактов, — покачал головой мастер-наставник Гар Сап. — Или ты снимаешь мундир и демонстрируешь свой дар, или получаешь ещё одно предупреждение и уходишь на Отсев.

— Но я же буду голая!

— Ещё раз, — от призрака повеяло опасностью. — Никому из нас нет дела до твоих физиологических особенностей. К тому же если ты так стесняешься, достань из пространственного кармана тунику.

— Она осталась в келье…

— Всё, — оборвал её Гар Сап. — Выношу…

— Не надо! — пискнула Элис, снимая с себя мундир.

Когда она разделась, я чисто из принципа прошёлся по ней оценивающим взглядом. Причём, моему примеру последовала вся мужская часть аудитории.

Вот серьёзно, если бы Элис молча выполнила приказ наставника, всем было бы плевать на то, как она выглядит. Но когда она начала с ним спорить, то самолично привлекла к себе всеобщее внимание.

И не к дару, а к своей фигуре, которая, к слову, была так себе.

— Мой дар… Эмпатия, — чуть ли не прошептала красная, как свёкла, девушка.

— Примени на мне, — приказал Гар Сап.

Девушка посмотрела на него исподлобья, и… Гар Сап покачал головой.

— Враньё, — безапелляционно заявил призрак. — Твой дар — Ментальное касание. За обман получаешь предупреждение.

Он взмахнул рукой, и бронзовая молния ударила девушке в живот.

— Готовься, неофит, в понедельник, на утреннем построении, ты на глазах у всей Школы будешь участвовать в Отсеве.

— Нет, пожалуйста! — Элис упала на колени. — Только не отсев!

— Смерть — допустимая цена. Позор — нет, — процедил Гар Сап, теряя к девушке интерес. — Урок окончен. Отправляйтесь по своим кельям.

— Зря она так, — прокомментировал Дон.

«Ты про спор с наставником?» — уточнил я, поднимаясь со своего места и вместе с остальными неофитами направляясь к выходу из аудитории.

— Я про колени, — поправил меня Дон. — Лучше бы до конца стояла на своём и отправилась на Отсев, не потеряв лица. Наставники уважают сильных и подчас помогают таким неофитам… остаться в Школе.

«А как же отсев слабых?».

— Он уже идёт, — заверил меня Дон. — Половина неофитов покинет Школу в течение месяца. Оставшиеся станут пешками в руках наставников. Как ты и Анна.

«Ясно, — кивнул я, поднимаясь по ступенькам, — а что Гар Сап имел в виду, говоря про Отсев на глазах у всей Школы?».