4) Въ прочихъ случаяхъ, буква г произносится твердо, никогда не изм?няясь въ придыханье.

5) Третье лицо глаголовъ оканчиваютъ твердо, какъ въ с?верномъ: онъ ходитъ, глядитъ, а не мягко, какъ въ рязанскомъ: онъ ходить, онъ глядить.

6) Дзеканье, свойственое сплошь западному говору и перешедшее м?стами въ с?верное, нигд? не встр?чается въ томъ же вид? въ наречіи восточномъ: въ двухъ только губерніяхъ, Владимірской и Нижегородской, на весьма ограниченной м?стности, къ цоканью и чавканью присоединяется родъ дзеканья, но не общаго, т. е въ немногихъ только случаяхъ или словахъ, а вообще буквы т, д произносятъ чисто.

7) Никогда не откидываютъ въ 3 л. глагола окончаніе тъ, какъ д?лается въ рязанскомъ наречіи и м?стами въ новгородскомъ.

8) Обычно не зам?няютъ одинъ другимъ творительные и дательные падежи множественаго числа, ни родительный и предложный средняго рода единственаго числа, ни, наконецъ, именительный женскаго рода единственаго числа не употребляютъ вм?сто винительнаго. Все это встр?чается только какъ изъятіе на общихъ пред?лахъ с?вернаго и восточнаго наречій, и какъ прим?сь перваго.

9) Частица что всюду на восток? произносится одинаково: што\ никогда и нигд? не слышно с?верное: ште, щё или що.

10) Никогда не зам?няютъ буквъ ф, ? буквами х, хв, ниже наоборотъ, какъ въ рязанскомъ и м?стами въ новгородскомъ.

11) Никогда буквы у, в не зам?няются одна другою, какъ въ малорускомъ, б?лорускомъ и м?стами въ новгородскомъ говор?.

Старинные слова и обороты попадаются гораздо р?же, ч?мъ въ с?верномъ наречіи; показаннаго въ новгородскомъ наречіи сходства съ малорускимъ н?тъ, кром? разв? одного только общаго оканья.

Изъ всего этого сл?дуетъ, что н?тъ ни одного всеобщаго, отличительнаго признака между новгородскимъ и владимірскимъ наречіями, а притомъ, что вс? частные признаки — отрицательные. Напротивъ, различіе владимірскаго наречія отъ смоленскаго, рязанскаго, московскаго легко можетъ быть выражено въ признакахъ прямыхъ, положительныхъ.

Въ восточномъ наречіи гораздо мен?е разнообразія и отличія по полосамъ или губерніямъ; въ немъ бол?е татарскихъ словъ, ч?мъ въ с?верномъ, наприм?ръ: чокчуры — башмаки; курганъ — рукомойникъ; кутёнокъ — щенокъ; чекмарь — пестъ, колотушка; шаберъ — сос?дъ; кульма — мотня невода, и проч.; есть довольно словъ отъ рускихъ корней, собствено, восточному наречію принадлежащихъ; есть такія, которымъ дано зд?сь особое значеніе: поводокъ — пуповина; холиться — мыться; круговой — безумный, и проч. Въ Нижегородской много полуобрус?лой мордвы, съ нечистымъ произношеніемъ; въ Симбирской слышно н?сколько чувашскихъ словъ; въ Казани и Оренбург? въ обиход? татарскія или монгольскія: малахай — шапка, яргакъ — коневій чапанъ; ябага — шерсть; саба и турсукъ — бурдюкъ, м?хъ, кожаный м?шокъ; балта — топоръ; на Линіи образовалась особенная см?сь языковъ: продажа на срокъ называется кутермой; руская баба — марджею (Марья); сливки — каймачокъ; слова въ род?: шабрёнокъ, айдате, камчи, маръ, маликъ, баранчукъ, баганъ, куянъ и проч. слышны безпрестанно.

Во Владимір? говорятъ: што ужь за чел’экъ, неча баить; брачско серчё. Любятъ творительный падежъ: стоймя и стойкомъ, лёжма, должьёмъ; также прилагательныя ус?ченныя; а превосходная степень на ?ющій: славн?ющій; неопред?ленное наклоненіе любятъ оканчивать на чи: печи, стеречи; д?лашь, д?лать, д?ламъ; надозривать, вм?сто: надзирать; кочень, вм?сто: качанъ; сполошь, вм?сто: сплошь; пасево, вм?сто: пастьба; ботовь, вм?сто: ботва; козанки, жомочки, сёло, іово, доброво и проч. Въ казенныхъ селеніяхъ говоръ ниже, окаютъ еще бол?е. Въ Переяславскомъ у?зд? произносятъ: м вм?сто в, и наоборотъ: м(в)нукъ, вного, повно; в вм?сто г: ковда, товда; с вм?сто ш и наоборотъ: яс(ч)ной пирогъ, яшно на неб?; с вм?сто ч, ц: молосное; пости такъ, св?ты и тв?ты; ц и цч, вм?сто ч (особенно въ Зал?сь?): целэкъ и цчелокъ, цчерква, цчово, цово; говорятъ также: не точе (не только), ничо (ничего), ка’тца (кажется), хо’тца, подь (поди), раз? (разв?), тамоди, тутоди, Ванькя, Ваньтя, Лисафья (Лизавета), ложковъ, бол?знёвъ; возмитё, говоритё, въ д?епричастіи прошедшемъ удареніе переносится съ корня на конецъ: бравши, брамши, взямшись, напилась, напившись. Вообще по Замытью и Заболонью говорятъ похуже, цокаютъ и чвакаютъ, что однако же нын? выводится и слышно бол?е у стариковъ. Говорятъ, что зд?сь изр?дка можно услышать с?верное: не сносить голова, купить корова.

Въ Суздал? почти все то же: экой цолоэцыкъ, только пришелъ, да опять на улку (улицу); стрёкать, вм?сто доить, хрупакоцки — ор?хи, чесмышокъ — гребенка, и проч.

Въ Ковровскомъ и в?роятно въ другихъ у?здахъ слышна другаго рода странность въ обм?н? падежей: пойду съ её, вм?сто съ нею; ушелъ къ батюшку (вм?сто ?), у батюшка (и). [3] Зд?сь изр?дка есть наклонность произносить ? почти какъ и, но только въ н?которыхъ глаголахъ: я засмотрилси. И зд?сь слышимъ: они любютъ, гонютъ; онъ скажитъ, чешитъ; онъ кланеется, дай мекинки; ребята, чижоло, въ другимъ м?сти; чосать, содить; голоушка, диушка; нютолимо (неу), на ев’у сторону; сво?, тво? руки; сея, тея, са?, т?, или ти (тебя); въ первымъ, во вторымъ, куды, глыбоко, всеё (всю), пущай, испужёлся, тв?токъ; но зд?сь не картавятъ.

Объ офенскомъ язык?, котораго родина Ковровъ, какъ объ искуственомъ, будетъ говориться ниже.

Шуяне также не картавятъ, но въ Гороховц? можно слышать: ноцесь, ницого, вцорась; въ н?которыхъ селеніяхъ также чвакаютъ: черковь, молодечь; щ произносятъ чисто: сватищо твой, ищо; зд?сь иногда услышите новгородское: идти за грибамъ, за ягодамъ, но обратнаго, творительнаго вм?сто дательнаго кажется н?тъ. Въ Судогд? много старинныхъ и особенныхъ словъ — хотя она населилась поздно,— наприм?ръ: листопадъ — октябрь, густарь — августъ; неточію, не толико, пажить, ярый, вопить, мышлявый (хитрый), огуряться, пудкій (робкій) и проч. Зат?мъ, цокаютъ, чвакаютъ и даже м?стами дзекаютъ, а вм?сто щ, произносятъ двойное ш.