Стараюсь не рассматривать экстравагантных девиц нагло. Это может оказаться очередная принцесса, которая в порошок сотрёт. Но взгляд так и притягивается то к округлости, то к выпуклости, то к губам, что член в себя просят. Я уже о ресницах не говорю, у некоторых они по три сантиметра, и прямые, и загнутые.

Подчеркнул, что никто не носит украшений, вообще никаких. Может, в целях безопасности, или чтоб не своровали.

На нас поначалу никто внимания не обращает. Вероятно, потому что мы вышли из не праздной зоны и стоим поодаль.

— Адмирал, с твоим неприлично целомудренным мундиром ты легко сойдёшь за потребителя, — заявляет вдруг с укором госпожа Лина, дав мне минутку осмотреться.

— Вы о чём? — Перевожу вновь внимание на хрюшку.

К счастью, она не самая здесь уродливая. Есть полуголая бабуля, страшная, что смерть. С телом, от вида которого блевотные спазмы чуть не застают врасплох.

— Может, хотя бы расстегнёшь китель, чтобы господа полюбовались, какой у меня новый кавалер, — выдаёт Лина и тянется расстёгивать мне пуговицы. — Что у тебя за конструкция, прошлый век.

Обычные пуговицы, дура. Отстраняюсь, не давая ей расстегнуть больше двух.

— Не стройте из себя паиньку, — наезжает на меня тут же. Глаза углями горят, вот же ведьма!

— Да я человек тут новый, неловко как–то, — тушуюсь и замечаю первое внимание со стороны! Сразу три мужика, смахивающих на геев на меня уставились!

— Ой, полно прибедняться, — посмеивается хрюшка. — Ты уже освоился, кстати, на удивление быстро. Думаешь, я не видела, как ты облюбовал одну милую крошку.

— Няньку–то?

— Ооо, милый. Это не нянька, и не прислуга. Это новая жена лорда Валентайна, он всегда ограждает её от впечатляющих мероприятий, оставляя с пасынком. Конечно, она с придурью, но очень привлекательна. Министр в ней души не чает, любит безмерно.

Упс! К уху потянулась и дальше уже зашептала:

— Не подумай чего зря, я совершенно случайно заметила, что ты вставил в неё палец.

Чуть не поперхнулся. Хер там случайно. Она наблюдала за мной объёмной камерой? Прямо под платье залетала?! Охренеть.

— И вы чего зря не подумайте, госпожа Лина. Это тоже вышло случайно, — парировал как мог.

— Охотно верю, пусть это останется нашей тайной, — заговорила ехидно. — Иначе лорд Валентайн очень расстроится.

— А она ему не скажет? — Встрепенулся, понимая, что министр при случае меня в пыль перетрёт, никакие связи не помогут. Особенно мои мимолётные.

— Да она слабоумная, кто ей поверит? — Посмеивается Лина и начинает дальше расстёгивать мой китель уже по–хозяйски, приговаривая: — у нашего Шестого принца Эдварда есть одно правило для всех гостей. Всё, что не закрыто, трогать можно. Но если это девочка, она должна коснуться первой. Понял?

Киваю. Всё, расстегнула. И полезла трогать мои кубики, а следом грудь. Нежная горячая ладонь чуть дрожит. Похоже, баба нервничает.

— Уффф, вот это торс, — говорит, продолжая гладить. По ощущениям, будто уже насилует. Едва скрываю отвращение.

— Не познакомишь, Лина? — Раздалось спасительное.

О чудо! Подошла дамочка в голубом платье из широких лент со свободно болтающимися сиськами под ними, которая мне и приглянулась первой. Стрижка — светлое каре, между локонами палочки хрустальные свисают, будто башка — это люстра. Личико милое, бровки прямые и широкие добавляют блядского очарования, а глаза с густыми ресницами ещё и слепят. Ростом на каблуке чуть ниже меня.

Странное ощущение сразу возникло с её рвением. Будто такие одинокие дамочки не прочь слететься на свежее мясо.

— Моя дочь Маргарита Зэр–Зэрар, прямая внучка императора, — представила свинка девицу. — А это самый настоящий боевой адмирал Руди Робин.

Так! Выходит, свинка — целая принцесса. Дочь императора и сестра хозяина бала Эдварда. Вот почему у неё такой визуальный доступ. Да она, похоже, и трахающихся в туалете спалит легко, да глянет, как там входит и выходит, увеличив при необходимости до микрона.

Поклонился головой. Мне уже рассказали, что на балу на колено падать не нужно. А очень хочется, чтобы посмотреть, как там у дочки между ног оформлено.

— Рад знакомству, — добавил браво.

Свинка посмеивается, глядя на реакцию Маргариты.

— Странно приятные ощущения, — выпалила пассия с задумчивостью, рассматривая меня эротично. — Человек из–за кордона. Не просто выживший, а закалённый в боях. Настоящий, мужественный герой.

— Что вы, принцесса, не стоит меня перехваливать.