Я оглядел поле боя, и не удержался от недовольной гримасы.

Если в кожанках Ледяных магов красовались небольшие дырки от Золотых шипов, то куртка Воздушника пестрела сразу тремя прорехами.

— Быстро снимай с них артефакты и сжигай тела!

«Ты ничего не хочешь мне объяснить? — мысленно возмутился я. — Сначала вранье про амулеты, сейчас это! Что происходит?»

— За вами следят, Макс, — неохотно протянул Виш. — Да не оглядывайся ты! Скрытник высокого ранга. Пока просто наблюдает. Вопросы есть?

«Вопросов нет», — проворчал я, чувствуя себя под вражеским прицелом.

Что ж, по крайней мере теперь стало понятно, куда пялился Немиров, и к чему весь этот спектакль.

— Поспеши, Макс, — поторопил меня фамильяр. — И придумай что-нить почему ты их сжигаешь.

«Класс! Может мне ещё станцевать или спеть?».

Впрочем, несмотря на все мое возмущение, я понимал, что Виш прав.

Если таинственный соглятай увидит дырки в телах Магов, у него тут же появятся вопросы.

Поэтому я наскоро освободил павших в неравной борьбе Магов от ценностей и, щедро зачерпнув энергии, создал огромный Огненный шар.

— Помогу, — шепнул Виш, срываясь с плеча и коршуном падая на магов.

Совсем, как в тот раз в первом Проколе.

Фамильяр, слившись с моим Огненным шаром, окутался пламенем и прожег в теле первого магика здоровенную дыру.

— Это зачем? — удивленно протянул подошедший Немиров, который, к счастью, обошелся без ран.

— Эм-м-м, в моем мире так принято, — на ходу сымпровизировал я, вспомнив про Индию и их верования. — Пока тело не кремировано, душа не может его покинуть.

— Ясно, — по лицу Немирова хорошо читалось, что он думает насчет этого обычая, но егерь и не подумал спорить. — А сжигать надо… полностью?

Я бросил на обугленные тела оценивающий взгляд, и махнул рукой.

— Да и так пойдет.

Экзекуция повторилась еще три раза, но Виш помог мне лишь дважды.

Все, что интересовало фамильяра — скрыть следы применения Золотой магии, поэтому на застреленного Немировым проводника, он даже не посмотрел.

— Куда дальше, Ваше благородие?

Если Немирова и смутил процесс экспроприации зачарованных вещей наемников, то виду он не подал.

Хотя, учитывая, что на нем зачарованная одежда с чужого плеча, то неудивительно, что он не возмущается!

— Обратно в Николаевск, забираем еще трех человек и в Николаевку.

Про беседу с Анисимом я егерю, понятное дело, говорить не стал.

— Тогда я вас здесь подожду, — Немиров вопросительно посмотрел на меня. — Можно?

— В чем проблема заскочить в город? — не понял я. — Тут же недалеко?

— Нельзя мне в Николаевск, — вздохнул егерь. — Ну, то есть, можно, но лучше не надо.

— Ну-ка давай поподробней…

— Тут такое дело, Ваше благородие… Помните я вам про заезжего офицера рассказывал?

— Ну…

— Нет больше офицера.

— Как ты, Макс, плохо влияешь на людей, — хихикнул Виш. — Видимо, решать проблемы силой — это заразно!

— Ты его, что ли? — я покачал головой. — Ну Немиров…

— А что Немиров? — окрысился егерь. — Эта тварь Аленке приказал двадцать плетей дать, пока меня нет! Якобы за оскорбление офицера!

Глаза мужчины полыхнули нечеловеческой злобой, и он так сжал кулаки, что аж костяшки побелели.

— Мне очень жаль, — вздохнул я. — Надеюсь, с твоей Аленой все нормально?

— Сказали, — голос егеря дрогнул, — что на пятнадцатом ударе душу испустила.

— Как же это так? — сказать, что я опешил, ничего не сказать. — И это в Николаевске? Да кто ж допустил такой беспредел?!

— А что ему будет? — горько обронил Немиров, из которого, казалось, вынули стержень. — Воин седьмого ранга… Целый майор!

— И как ты его?

— Да никак! — в голосе егеря прозвучало самое настоящее отчаяние. — Он уже три дня назад как убыл.

— Повезло нашему егерю, что майор убыл, — прокомментировал Виш. — Иначе он бы Немирова как комара прихлопнул.

— Постой, — что-то в рассказе егеря не сходилось. — А почему тебе, тогда, в город нельзя?

— Я вчера заглянул в гости к ефрейтору, который приказ исполнял, — криво усмехнулся Немиров. — Сначала с ним вдумчиво поговорил, а потом красного петуха пустил.

— Сжег, значит? — поморщился я. — Заживо, поди?

— Кремировал, ваше благородие! — Немиров вытянулся во фрунт. — Мне теперь некуда идти. Да и жить, в общем-то, незачем…

— Это точно, — подлил масла в огонь Виш. — Вот только насчет идти некуда, это он зря. Его уже ждут на каторге.