С самым что ни на есть скучающим видом я распахнула калитку и вышла на улицу, даже начав что-то мурлыкать себе под нос. Блондина нигде не было. Он точно сквозь землю провалился! Улица вообще была пуста: ни машин, ни прохожих. Выглядело это почему-то странно, точно не взаправду. И я вдруг подумала, что видела это когда-то во сне: пустынная улица, на которой не правдоподобно тихо, и я сама… «Не мог же он раствориться в воздухе», — вторично призвала я себя к порядку. И тут услышала громкое «ка-ар», подняла голову и обнаружила здоровенную ворону. Она сидела на ветке дерева, что напротив, и вроде бы глумливо ухмылялась.

— Ну уж нет! — сказала я и хихикнула слегка нервно. — Если бы он был брюнетом, еще куда ни шло, а так… Кыш! — махнула я рукой, ворона каркнула еще раз, точно дразнясь, и полетела. — Это у меня, как видно, наследственное, — постояв немного в печали, изрекла я, — вечно натыкаться на ворон…

Я проследила за полетом птицы — а ну как рухнет о землю и обернется блондином? Он о землю, а я в психушку. Но нет, птичка благополучно переместилась на соседнюю крышу, а потом и вовсе скрылась с глаз.

— Психушка отменяется, — кивнула я удовлетворенно и вернулась во двор.

За короткое время там произошли кое-какие перемены: кот теперь сидел на заборе, а дворняга без особого энтузиазма его облаивала, на меня опять-таки внимания не обращая. Я спустилась по лестнице. Лампочка внизу не горела, но света, который струился в распахнутую дверь, хватало, чтобы увидеть: звонок отсутствовал, Я постучала в дверь и стала ждать. Прошло не меньше минуты, за дверью тишина. Я вновь постучала и снова безрезультатно. Это показалось странным. Я подергала дверь — закрыто. Матюша не мог покинуть двор, минуя меня. Или мог? Может, есть еще калитка? Я поднялась по лестнице и, выйдя во двор, огляделась. Пес угомонился, кот исчез. Калитки не было. Мог Матюша махнуть через забор? Если только теоретически…

Тут я обратила внимание на окна рядом с дверью. Если я ничего не путаю, это как раз окна квартиры Матюши. Дом за давностью лет просел, и ближайшее окно оказалось на одном уровне с землей. Две короткие шторки задернуты. Слегка стыдясь, я заглянула поверх них. Передо мной была просторная гостиная, с высоким потолком с лепниной, все довольно обшарпанное, однако этот недостаток компенсировали антикварная мебель и роскошная люстра.

В первое мгновение мне показалось, что комната пуста, пока, приглядевшись как следует, я не увидела Матюшу — он стоял на коленях возле роскошной печи, выложенной изразцами с бело-синим рисунком. Потеряв остатки стыдливости, я вытянула шею, стараясь понять, что он там делает. В этот момент он чуть сдвинулся вправо, и я увидела, что он пристраивает на место паркетные дощечки. Потом Матюша поднялся, придавил их ногой, а я шарахнулась от окна, боясь, что он меня заметит.

Так-так… У старикана тайник в полу. Может, и не врут люди, утверждая, что у него остались золото-бриллианты? Зачем еще человеку нужен тайник? Матюша был занят, оттого и не стал дверь открывать. Надеюсь, теперь мне повезет больше. Я спустилась по лестнице и опять постучала. С тем же результатом: дверь мне не открыли. Это здорово разозлило. Я собралась пнуть дверь ногой, чтобы дядя сообразил, что просто так я не уйду, и тут услышала:

— Вы чего стучите?

Вздрогнув от неожиданности, я подняла голову и увидела женщину, которая заглядывала в распахнутую дверь наверху.

— Мне нужен Матюша, — пояснила я, переведя дух.

— Так нет его, ушел. В магазин ушел, минут тридцать назад. Я в окно видела.

Объяснять тетке, что я тоже видела Матюшу в окно, в его собственное, и не далее как три минуты назад, я не стала, и с хмурым видом начала подниматься по лестнице. Никуда этот хмырь не денется, придется ему объяснить мне, что за странные у него фантазии и с какой такой стати он решил, что я должна в них участвовать.

— Говорите, в магазин ушел? — спросила я, потому что тетка все еще стояла в дверях и настороженно на меня поглядывала. Может, заподозрила во мне квартирную воровку? Вот спасибо…

— Да. А вы ему кто? — спросила тетка.

— Дочь его друга. Давно не виделись, вот решила узнать, как у него дела.

— Из запоя вышел, значит, нормально, — буркнула она и вроде бы смутилась:

— Он вообще-то смирный. Вот только ходят к нему не пойми кто, а он как запьет — дверь нараспашку, боимся, вынесут все.

«Похвальная бдительность», — хмыкнула я, но вслух говорить сие поостереглась.

— Я попозже зайду, — кивнула ей на прощание и отправилась восвояси.

Невозможность встретиться с Матюшей меня огорчила — сидит себе в своей квартире и на стук не реагирует, а вот бдительные соседи начеку. Вдруг выяснилось, что встречу с ним я считаю очень важной, и сейчас просто не знала, что делать. И тут почувствовала чей-то взгляд. Весьма настойчивый и уж точно неприятный. «Если опять ворона, метну камнем», — пообещала я самой себе, повернула голову и.., сбилась с шага. Хорошо хоть не споткнулась. В узком переулке стояла роскошная спортивная тачка, приоткрытое окно со стороны водителя, когда я повернула голову, стало закрываться, но я успела увидеть светлые волосы с аккуратным пробором слева. Машина плавно тронулась с места и через мгновение исчезла за поворотом, а я досадливо покачала головой.

— Ворона, ворона… Я ворона и есть, не догадалась заглянуть в переулок!

Однако жизнь становится насыщенной: кинжал, вековые тайны, Матюша с подозрительными личностями, а теперь еще и блондин. Надо сказать, блондин — самая загадочная фигура. Интересно, он меня здесь поджидал? Если моя красота так на него подействовала, то я не против, только что ж он тогда столь поспешно смылся?

Я прибавила шагу и вскоре оказалась возле стоянки такси. Решение пришло внезапно. И что на меня вдруг нашло такое? Наверное, предчувствие, что я каким-то образом оказалась замешана в далеко не простую историю. И пока я не понимаю, что происходит, следует проявлять осторожность. В общем, устроившись в такси и назвав адрес, я достала мобильный и позвонила подруге, которая работала в банке.