Четверка мексиканцев, не скрывая своего возмущения, покинула церковь, провожаемая удивленными взглядами приглашенных. Да, жених опоздал. Это неприятно, но его поведение могло иметь очень простое объяснение. Следовало еще немного подождать. Поспешный и демонстративный уход, почти бегство, все сочли неуместным. И потом, мексиканцы повернулись спиной к священнику и к алтарю, даже не перекрестившись. Что же касается невесты, то она так и не подняла глаз. Донья Изабелла с презрительным выражением лица лишь уронила букет на ботинки кюре…

— Ну что же, — прошептал Адальбер, обращаясь к Альдо, — месса окончена. Возможно, тебе пора взять слово. Ты должен принести извинения. Ты же шафер…

— Это ты привык выступать перед аудиторией. Займись этим. Тем более что я не вижу второго свидетеля.

И в самом деле: место Ричарда Бэйли рядом с Мари-Анжелин было пустым. Адальбер подошел к верхней ступени хоров:

— Дамы и господа! То, что произошло, и чему вы все были свидетелями, вызывает у нас не только чувство неловкости, но и беспокойство. Даже те из вас, кто не очень хорошо знакомы с Жилем, знают о его пунктуальности и галантности. Если его нет среди нас в этот день, который он считал самым счастливым днем в своей жизни, значит, произошло нечто весьма серьезное…

На этом месте его сменил аббат Може, вставший с ним рядом:

— В такой необычной и тревожной ситуации я бы решился предложить вам следующее. Вы пришли в эту церковь, чтобы помолиться о счастье молодой пары. И, прежде чем мы расстанемся, я хотел бы, чтобы вы прослушали хотя бы мессу без песнопения. Наши друзья, присутствующие здесь, волнуются. Я был бы горько разочарован, если бы мы расстались, не помолившись вместе и не попросив Господа о том, чтобы у сегодняшнего события не оказалось слишком печальных последствий. Но я не буду сердиться на тех, кто предпочтет уйти… Разумеется, проповеди не будет.

— Хорошая мысль, господин кюре, — одобрила маркиза. — Я благодарю вас от имени моей семьи.

Священник вернулся в ризницу, чтобы переодеться, и «семья» отсутствующего жениха увидела, что церковь постепенно пустеет. Лишь около четверти приглашенных остались на своих местах. Остальные торопливо преклоняли колени перед алтарем, крестились и быстро, насколько позволяли приличия, шли к выходу.

— Не так уж много друзей оказалось в этой толпе, — констатировал Адальбер. — Уверен, что осталось бы намного больше народу, если бы мы сообщили, что предусмотренный завтрак все-таки состоится!

Друзья с удовлетворением отметили, что версальский «клан» держится очень хорошо. Все они с: покойно сидели на своих местах. Маркиза де Соммьер дотронулась до плеча своей чтицы:

— План-Крепен, скажите Люсьену, чтобы он ехал домой и предупредил Евлалию, что за столом нас будет десять человек. Эти отважные люди не заслуживают того, чтобы отправиться восвояси на голодный желудок…

Мари-Анжелин быстро вышла. Альдо, Адальбер и тетушка Амели спустились с хоров, чтобы сесть рядом с теми, кто заслужил эпитет «верные». Почти сразу же началась служба, и все встали при появлении кюре, который отпустил мальчиков из хора. Это была месса, полная страсти и чувства. Органист негромко играл Баха и Моцарта.

Странно, но именно благочестивая Мари-Анжелин, не пропускающая ни одну шестичасовую мессу в церкви Святого Августина, была крайне невнимательна. Она то снимала, то снова надевала перчатки, искала то носовой платок, то молитвенник, то вдруг поднимала голову и принималась рассматривать свод. Короче говоря, она так суетилась, что маркиза буквально пронзила ее взглядом и шепотом сделала выговор:

— Успокойтесь, План-Крепен! Что с вами такое?

— Мы теряем время!

— Достойное поведение еще никто не называл пустой тратой времени. Молитесь, черт вас возьми! Вы же христианка!

— Не могу взять себя в руки!

Услышав «Ite missa est» [20] , она заторопилась к выходу, не дожидаясь Альдо и маркизы, которые оставляли немалую сумму кюре, компенсируя сбор несостоявшихся пожертвований. Затем все вышли на улицу, и мадам де Соммьер пригласила гостей из Версаля к себе. Приглашение было принято с большим удовольствием. Друзья могли бы сразу приступить к обсуждению произошедшего и узнать последние новости.

—Начинайте завтрак без меня, — предупредил Альдо. — Нужно заехать в особняк Вобрена и предупредить людей. Адальбер меня отвезет.

В это мгновение появился Ричард Бэйли. Оказалось, что он отлучался в магазин, чтобы проверить, все ли там в порядке в отсутствие хозяина. Его тут же пригласили на завтрак к маркизе, а Альдо с Адальбером отправились на улицу Лиль.

В особняке Вобрена, откуда уже уехали машины ресторатора, их ожидал сюрприз. Адальбер еще не успел нажать на тормоз, а к машине уже бежал дворецкий. Он пребывал в сильном волнении.

— Господа, я так рад, что вы вернулись! Я уже не знал, какому святому молиться, а тут и вы приехали!