Ребята решили, что это было сказано с иронией. Мол, сколько же можно пропадать.

– Прости нас, пожалуйста… – начала было Антея.

– Да что ты, детка, – перебила её няня. – Чего мне сердиться. Делайте, как вам лучше. Кстати, у меня сварилась картошка. Садитесь-ка все к столу.

Она пошла на кухню слить картошку. Ребята переглянулись в недоумении. Что это? Няне почему-то стало безразлично, пропадают они где-то сутками или нет. И даже не объясняют, где они были.

Саммиэд высунулся из сумки.

– Ну, что такое? Вы что, не понимаете, что ли? Вы вернулись назад ровно в то же самое время, что и ушли через арку. Сейчас вовсе даже и не завтра.

– А что? – переспросила Джейн. – Сейчас на самом деле – вчера?

– Да нет же. Сегодня.

– Так, значит, всё приключение совсем не заняло времени? – сообразил Сирил.

– Называйте это, как хотите. Но теперешнего времени оно действительно не заняло нисколько.

Вечерком Антея отнесла учёному джентльмену ужин. Она посидела с ним, пока он расправился с бифштексом. Она рассказала ему про то, что с ними случилось.

– Сегодня утром мы оказались на берегах Нила, в Египте, – начала она. А закончила тем, как они снова оказались на газоне Риджентс-парка. Она ничего не поведала ему про Амулет и про Саммиэда, потому что это было под запретом. Но и так учёный джентльмен впал в полный транс.

– Вы самые удивительные дети на свете, – сказал он. – Кто рассказывает вам все эти истории?

– Да никто, – отозвалась Антея. – Они просто с нами происходят.

– Понарошку, – сказал он, с трудом вспомнив не употреблявшееся с самого детства слово.

Он долго ещё сидел в неподвижной задумчивости, после того как Антея ушла. Потом, встряхнувшись, произнёс:

– Нет, мне всё-таки надо отдохнуть. У меня, видно, расшатались нервы. Мне показалось, что девочка обрисовала мне точную картину того, какой была жизнь в Египте до династии фараонов. Странные шутки шутит со мной мой переутомлённый мозг. Мне стоит призадуматься.

После этого он отправился на прогулку, прежде чем вернуться к прерванной работе.

Джейн напевала песенку, укачивая свою куклу в домике, который она для себя соорудила. Крышей домику служила столешница обеденного стола, а стенами – столовая скатерть и салфетки, свисающие по бокам и прижатые по краю стола тяжёлыми книжными фолиантами.

А остальные ребята были заняты увлекательной и опасной игрой: катались, как на тобогане, [2] не с горы, конечно, а по лестнице, используя вместо тобогана самый большой и самый лучший в доме поднос. Он так здорово скользил по лестничному коврику! Надо сказать, что игра эта никогда не вызывала одобрения ни у кого из взрослых. И во многом другом покладистая, няня в данном случае не представляла исключения. Она попросту забрала у них поднос, а огорчённая компания направилась в гостиную.

– Это что за безобразие! – произнёс Сирил, глянув на превращённый в кукольный дом обеденный стол.

– Да заткнись ты со своими песнями, Джейн! – раздражённо рявкнул Роберт.

Даже обычно добрая и терпеливая Антея попросила:

– Джейн, пой что-нибудь другое, уже тошнит от твоего Вавилона.

День был сырой, дождливый, так что нечего было планировать поход куда-нибудь, куда в Лондоне пускают бесплатно. Вчерашнее приключение было ещё очень свежо в памяти, так что каждый из них надеялся, что никому не придёт в голову предложить новое путешествие в прошлое.

Однако Сирил, который на самом деле вовсе никогда не был трусом, стал думать: «А не трушу ли я?» Оказаться трусом ему вовсе не хотелось. Поэтому он сказал:

– Послушайте. Насчёт Амулета. Джейн, давай вылезай из-под стола. – Джейн послушно выползла наружу и села прямо на пол возле своего «дома». – Надо бы всё-таки отправиться на поиски Амулета, – продолжал Сирил.

– Можно бы, – неуверенно согласился Роберт. – Только я не знаю, расположены ли девчонки именно сегодня отправиться в путешествие.

– Я – за, – сказала Антея. – Если вы думаете, что я боюсь, то ничего подобного.

– А я боюсь, – отрезала Джейн. – Мне там, в прошлом, не понравилось, и я вовсе не желаю попасть туда снова.

– Дурочка, в то самое место мы снова уж во всяком случае не попадём, – сказал Сирил. – Мы окажемся в какой-нибудь совсем другой части Земли.

– Ну да, возможно, как раз там, где львы и всякие страшные тигры, – дрожащим голосом отозвалась Джейн.

Её страх помог остальным почувствовать себя храбрецами. Они решили, что всё-таки новую попытку надо бы предпринять.