— Набрать высоту, — приказал Гарвин. — Мощность — пятьдесят процентов.

— Взлетаем, командир, — ответил Горецки, и земля на экране стремительно ушла вниз.

Янсма нажал на кнопку, и на другом экране появилась карта.

— Курс диктовать? — спросил он.

— Ответ отрицательный, — отозвался Горецки. — Туда я долечу с завязанными глазами.

— Отрицательный ответ на нарушение процедуры, — вмешался Дилл. — Янсма учится. Веди машину, как он скажет.

— О'кей, командир… то есть стрелок.

— Гарвин, не вздумай на мне ездить, — предупредил Дилл.

— Прошу прощения. — Гарвин погрузился в карту. — Высота прежняя, скорость увеличить до девяноста, курс 232 градуса.

— Высота тысяча, скорость поднимаю до девяноста, — ответил Горецки. — Летим над водой.

«Грирсон» несся на зюйд-зюйд-вест, к длинной косе, огибающей залив. Там находился полигон «Тигры».

— Поставь на автопилот, — распорядился Дилл. — Гарвин, вот чего я от тебя хочу, когда прилетим к тиграм. Опустишь этот металлолом на высоту двести… В следующий раз поведешь машину сам, но пока я тебе обрисую… Когда пройдешь прибрежную полосу, перепрыгивай через холмы и на полной скорости входи на территорию полигона. Все ясно?

— Думаю, да.

— Никаких «думаю», черт возьми! — рыкнул Дилл. — Ясно или нет?

— Да, капитан.

— О'кей. — Дилл переключился на другой канал: — Диспетчер «Тигров», диспетчер «Тигров», говорит «грирсон» два-альфа-три, входим в вашу зону.

— Два-альфа-три, — прозвучал ответ, — видим вас на экране. Что на сегодня?

— Подготовьте программу, э-э, белый-семь-три.

— Вас понял, белый-семь-три.

— Проводим атаку на малой высоте укрепленной базы противника, — пояснил Дилл, переключившись на внутреннюю связь. — Объект защищен силами ударного полка противника при поддержке… э-э, пяти, если не ошибаюсь, «Жуковых». У противника мощные средства противовоздушной обороны. Электронный перехват, полная боеготовность!

Было слышно, как Канг включила кондиционер в своем тесном отсеке.

— ЭП к бою готов, капитан! — доложила она.

— Стрелок к бою готов, — сказал Дилл, занимавший место Гарвина. — Командуй, босс!

К Гарвину опять подступила паника, но тут же была отброшена внезапной волной уверенности в своих силах.

— Водитель! Скорость триста пятьдесят! Оставаться на связи!

На них быстро надвигался берег «противника».

Ньянгу Иоситаро решил, что с него хватит. Хватит терпеть боль в лопающихся мышцах, хватит задыхаться, пытаясь набрать воздух в обессилевшие легкие, хватит слушать крики вечно недовольной Лир. Хватит с него всей этой разведки, и в особенности — этой почти отвесной скалы, по которой он уже давно ползет вверх, но добрался только до середины.

— С меня хватит, — пробормотал он.

— Не разговаривать! — крикнула снизу Лир.

— Я сказал, с меня хватит! — повторил Ньянгу громче.

— Еще одно слово, и тот, кто треплется, отправится чистить жироуловитель! — крикнула Лир.

«Я не могу вылезти из этого навоза живьем», — подумал Иоситаро, чуть не плача от жалости к себе.

Он протиснул два пальца в какую-то паучью нору и, надеясь, что схватился крепко, попробовал оглядеться.

— Эй! — шепнула ему Энджи Рада. — Посмотри-ка на меня. — Она сидела на уступе скалы, показавшемся Ньянгу площадкой для строевой подготовки. Чуть ли не десять сантиметров в ширину!

— Ну не прелесть ли я? — Одну руку она заложила за голову, а другой приподняла грудь.

— Е… ть я тебя хотел, — ответил Ньянгу.

— Мог бы, если бы попросил повежливее, — парировала она. — Но сейчас не время для интрижек. Как ты думаешь, на чем я сижу?

— Я вижу.

— Ничего ты не видишь, — кокетливо сказала она. — Тут, прямо за мной, этот уступ расширяется. Превращается в гребаный проспект и выводит вокруг скалы прямо к вершине. Залезай ко мне. У меня лучший во Вселенной стиль скалолазания без страховки.

— А мне-то с этого что?

— Слушай, Лир — Колбасные Губки приказала нам подняться наверх, так? — сказала Рада. — Она ведь не сказала нам, как именно мы должнм подняться. А РР поощряет личную инициативу, правильно?

Ньянгу согласно засопел. У него откуда-то нашлись силы дотянуться ногой до выступа далеко справа, подтянуться один раз, другой. И он рухнул на уступ рядом с Энджи.

— Следуйте за мной, как говорят офицеры, — сказала она.

Иоситаро, прижавшись спиной к скале, приставными шажками пошел за ней, стараясь не смотреть на острые камни в ста метрах внизу. Через какое-то время карниз действительно превратился в тропинку, зигзагами уходящую вверх.

— Ты должен радоваться, что кажешься мне сексуальным, — заявила Энджи.

Дыша во всю грудь, Ньянгу кивнул.

— Не то что Фаул, старый тоскливый пень, 'раум вонючий, — продолжала она. — Он бы у меня сгнил на этой скале. — Энджи коварно посмотрела на Ньянгу. — А может быть, я сделала бы так, чтобы Лир услышала, как он говорит «с меня хватит».

— Мне без разницы, — ответил Ньянгу. — Легкий путь, тяжелый путь — все равно я в этом дерьме больше не купаюсь.

— Да перестань ты! — прикрикнула Энджи. — Осталась всего пара столетий. А потом нас распределят по боевым отрядам. Разве ты не хочешь стать настоящим солдатом, а не пушечным мясом?