Шрифт:
Скайлару не пришлось нырять, чтобы снять номерную пластину. А вот чтобы очистить «бардачок» — пришлось, и только тут он понял, какой отвратительный вкус у речной воды.
К тому времени, как он справился с поручением Уэйна, речной берег опустел. Люди унесли с собой все фонари.
На дороге появился, сверкая двойными фарами, тягач. Скайлар остановил его, выйдя на проезжую часть. Показал водителю торчащие задние колеса автомобиля.
Потом, все еще дрожа, направился к особняку. Взяв с собой вызволенное из «бардачка».
В рыбачьем домике горели все окна.
А особняк спал. Скайлар не заметил никаких признаков большого приема, который закончился лишь несколько часов тому назад.
Никто вроде бы и не знал, что хозяйская дочь едва не погибла.
Джон сладко спал в своей кровати.
Скайлар разделся. Бросил мокрую одежду на пол.
Забрался под одеяло. Заснул, едва коснувшись головой подушки.
Глава 13
В воскресенье, в два сорок пять пополудни, Уэйн Уитфилд услышал, как «Порше» брата его жены подъехал к особняку.
Когда Уэйн шел к своему кабинету, дом по какой-то неведомой причине показался ему особенно светлым и просторным.
Дожидаясь Вэнса, он постоял у окна, глядя на маленький розарий. Он распорядился посадить розы так, чтобы мог смотреть на них, работая за столом.
Однако он не помнил, чтобы хоть раз взглянул на них из-за стола.
А вот сейчас наслаждался ими.
Открылась дверь, в кабинет вошел Вэнс Колдер.
— С Колдер все в порядке?
— Будет в порядке, — ответил Уэйн. — Когда придет в себя после похмелья.
— Что случилось?
— Они оба нализались в стельку. Мы думали, что у Тома сломаны ребра, но он отделался ссадинами и ушибами. И рваной раной на голове. Док Дэнфорт наложил пару швов. Док сказал, Том так пьян, что он может обойтись без обезболивающего.
— Где они?
— В рыбачьем домике. Лейси пошла к ним.
— Как я понимаю, Скайлар показал себя героем.
— Колдер рассказала какую-то пьяную историю о том, что Скайлар стоял посреди дороги и Тому пришлось вывернуть руль, чтобы объехать его, вот он и врезался в дерево. Со Скайларом я еще не говорил.
Лейси вошла в кабинет.
— Я никого не могу найти.
— Джонатан повез Скайлара в Бостон.
— Скайлар уехал? Должно быть, пока я была в рыбачьем домике. Я так и не поблагодарила его. Искала его утром. Но он уже встал.
Уэйн закрыл дверь кабинета.
— Утром Скайлар ходил в церковь. Вместе с горничными.
— С горничными? Ну и ну. Я, конечно, знаю, где Колдер. Тебе известно об аварии, Вэнс?
— Уэйн сказал мне, когда я позвонил ему утром.
— И Джинни не спала в своей постели. Она провела ночь у Оглторпов? Мне ничего об этом не говорили.
— Джинни? Я не знаю.
Лейси села в кожаное кресло.
— В чем, собственно, дело? Почему мы здесь собрались? Уэйн? Вэнс?
Уэйн сел на кожаный диван. Молча.
Вэнс остался лишь стоять, в белых брюках и летнем, полосатом пиджаке.
— Я думаю, Вэнс все тебе объяснит, — прервал молчание Уэйн.
Лейси вопросительно посмотрела на брата.
— Мне очень трудно говорить об этом.
— Правда? — Лейси улыбнулась. — После всех твоих разводов? — В ее глазах мелькнул испуг. — Дело серьезнее, чем разводы?
— Лейси, ты знаешь, что на прошлой неделе я продал яхту.
— Продажа яхты серьезнее развода?
— Вэнс, — подал голос Уэйн, — начинать надо бы не с этого.
— Мы — банкроты. — И Вэнс повернулся спиной к сестре.
У Лейси перехватило дыхание. Округлились глаза. Она заерзала в кресле.
— Кто банкрот? Ты — банкрот?
— «Колдер патнерс». Как я понимаю, моя вина.
— Это невозможно! Сотни миллионов долларов… их нет?
— Уже нет.
— Более миллиарда долларов.
— Это перебор, клянусь Юпитером, — вмешался Уэйн. — Таких денег у нас никогда не было. Как ты знаешь, недвижимость упала в цене. Государственные боны упали в цене. Все, казалось бы, надежные инвестиции на поверку оказались не такими уж надежными. Некоторые наши инвесторы настояли на том, чтобы мы вкладывали деньги в Содружество Независимых Государств. Мы все делали правильно. Но люди по другую сторону старого «железного занавеса» из двух инвестированных нами долларов один клали себе в карман. Так они понимают свободное предпринимательство. И на этом мы поймали их далеко не сразу.