Рому это объяснение не впечатлило, так что цену вполовину он скинул. Настя торговалась, как львица, и смогла выбить себе сумму получше… даже слишком хорошую, на самом деле. Более того, она прекрасно понимала, что назови она любую сумму — и Рома бы согласился без вопросов. Все эти торги стали чем-то вроде дани уважения её решимости. Своеобразной проверкой. По крайней мере, она сама так думала.

А ещё Настя не собиралась повторять глупых ошибок. Потому она не начала сорить деньгами, прекрасно понимая, что за исключением этой суммы у неё больше ничего нет. Вообще. Всё, что она забрала из своей прежней квартиры, — зубная щётка и пара комплектов белья. И несмотря на то что деньги у неё сейчас имелись, тратить их на ерунду она не собиралась, как бы ни скучала по своей прежней и богатой жизни.

А она скучала. Ещё как. Тем не менее на эти деньги планы у неё имелись особые.

Первая же ночь здесь стала для неё настоящим испытанием. До этого дня Настя не понимала, насколько сильно привязана к тому образу жизни, который вела ранее. Ты не будешь беспокоиться о том, что кто-то ходит за дверями твоей квартиры, если знаешь, что живёшь в элитном охраняемом жилом комплексе.

Здесь же… Первую ночь она вздрагивала от каждого шороха, когда кто-то проходил за дверью. И даже логика и разум не могли унять этого иррационального чувства страха. Ей постоянно казалось, что сейчас кто-то попытается вломиться к ней, как бы глупо это ни звучало. А потому первая ночь превратилась для неё в сплошную нервотрёпку. Она засыпала на десяток минут, после чего резко просыпалась, не до конца понимая, где именно находится.

А затем засыпала вновь.

Вторая ночь оказалась даже хуже. Всё началось, когда она услышала чьи-то вопли и ругань, доносящиеся из соседней квартиры. Когда Настя заезжала, то видела, как туда заходила молодая пара. Выглядели они довольно мило, а ночью — вопли, крики, мат. Взаимные оскорбления.

В итоге в первые дни Настя вообще не могла выспаться и ходила, как сомнамбула, постоянно клюя носом от недосыпа.

Но это лишь половина проблем. Второй половиной оказалась, как бы сказал её брат, логистика. Одно дело, когда тебя на учёбу возит личный водитель или же ты добираешься на собственной машине… и совсем другое, когда осознаёшь, что теперь лучшим твоим другом становится общественный транспорт.

Если бы кто-то всего год назад сказал Насте, что ей придётся вставать на два часа раньше, чтобы успеть на автобус, чтобы успеть на пересадку, чтобы успеть на другой автобус, который довезет её до университета, она бы расхохоталась этому человеку в лицо. Смеялась бы до слёз от абсурдности этого идиотского предположения.

Сначала были мысли купить себе машину. Но Настя их отбросила, прекрасно понимая, что та сумма денег с продажи машины — это всё, что у неё есть на данный момент. И она решительно была настроена их не тратить их по пустякам. Подойти к проблеме ответственно…

Но уже в четверг она сломалась. Мало того, что проспала, так из-за очередной истерики, доносящейся из соседней квартиры, вообще не выспалась. И вот тогда она плюнула на установленные для себя ею же самой для себя правила. Такси. Только так она могла перехватить немного больше сна и хотя бы немного разгрузить голову. Да, лишние траты, но, взглянув на ситуацию здраво, пришла к выводу, что это не так уж и страшно. Если сэкономить тут и там, то много она не потеряет.

Особенно если учесть, что восемьдесят процентов денег за продажу машины брату ушли родителям.

Да. Настя хорошо понимала всю абсурдность ситуации. За её обучение заплатили её отец и мать. Не она. И, учитывая её порыв стать хоть чуточку самостоятельной и отдалиться от семьи, кто другой на её месте ещё бы встал в стойку и из универа ушёл. Но Настя дурой не была. А потому она сделала то, что посчитала правильным. То, что могло показаться глупостью и её дурацкой идеей фикс.

Возможно, именно потому Рома позволил ей поднять цену. Потому что полученных от него денег за продажу спорткара ей удивительным образом хватило на то, чтобы отдать родителям почти всю сумму, оплаченную за учёбу. Всё, что сделала Настя, — убрала из уравнения деньги, полученные по стипендии за идеальную учёбу. Это она заработала своим умом и трудом, так что решила, что вправе оставить их себе.

Так что она просто перевела матери сумму, объяснила, за что эти деньги, и сказала, что позвонит через несколько дней, пообещав держать мать в курсе. Чтобы та сильно не беспокоилась.

Адрес свой она называть не стала по двум причинам. Во-первых, прекрасно понимала, что, как только это сделает, родители сразу же заявятся к ней. Во-вторых, она слишком хорошо знала, сколь докучливой может быть их служба охраны. Скорее всего, адрес её новой квартиры был на столе у отца уже вечером того дня, когда она распаковала тут свои вещи.

Впрочем, она нисколько не рассчитывала, что будет легко. Всё, что она сделала до этого момента, всё ещё могло выглядеть как очередная глупая истерика или бессмысленный каприз. У неё осталось не так уж и много. На проживание и обеспечение себя хватит… на какое-то время. А что потом?

Эти мысли посещали её куда чаще. Особенно в первые ночи, когда за стенкой орала на своего мужа за то, что нашла в его телефоне голые фотки какой-то очередной девицы. Может, ну его? Может, стоит плюнуть на всё и вернуться? Скажет, что хотела развеяться и отдохнуть. Побыть наедине с собой, так сказать. Да, будет стыдно. Да, эти жалкие оправдания вряд ли кого-то смогут убедить. Да, все в той или иной степени сделают вид, что поверили ей… но всё равно все будут знать правду.