– А следует ли это делать?
– посомневался Гоша.

– Что именно? Отдыхать или развлекаться?
– смеясь, уточнил Олег Александрович.

– Влезать в это дело, Алик.

Затевать дискуссию о том, что можно делать, а что нельзя, Олег не стал. Он сказал:

– Мне нужны деньги. Дашь?

– Сколько?

– Тысячи три, если с запасом.

– Не многовато ли для отдыха и развлечений?

– В самый раз. Так дашь?

– Нет у меня сейчас таких денег.

– Достань, - жестко предложил Олег и тут же успокоил: - Я кредитоспособен. В ноябре - декабре у меня две книги выходят: учебник в "Физкультуре и спорте" и мемуары, так сказать, в "Молодой гвардии".

Гоша молчал, теребя себя за нос.

– Что молчишь?
– раздраженно прервал паузу Олег.

– Думаю, где эти три тыщи достать. Ты когда летишь?

– В шесть вечера.

– Зайди завтра часиков в двенадцать ко мне домой. Будут тебе деньги.

– Спасибо.
– Олег поднялся.

Слегка опоздавший самолет скатился с высоты в южную черную ночь и побежал по освещенным плитам посадочной полосы, чуть подпрыгивая на швах. Самолет подрулил прямо к аэропорту, и Олег, спустившись по трапу, кинул свой умело не сданный в багаж круглый баул с колесиками на бетон и, пиная, погнал его к выходу.

Олега встречали. Рыже-розовый (рыжие волосы изрядно поредели, и проглядывала розовая плешь) добрый молодец под пятьдесят и черноволосый южный красавец с усиками чуть помоложе. Добрый молодец растопырил руки для объятий и заорал:

– Олежка, старый черт, приехал наконец!

Обнялись, расцеловались. Красавец почтительно пожал руку Олегу:

– Счастлив приветствовать вас, Олег Александрович.

– Здравствуйте, Эдуард.

– Ты, случаем, чемодан свой в багаж не сдавал?
– обеспокоился добрый молодец.
– А то еще часа полтора ждать придется!

– Знаю я ваши порядки, - ворчливо заметил Олег и кивнул на баул. Все свое ношу с собой... На футбол завтра пойдем?

– А как же!
– заорал Сергей.
– Что мы такое без футбола, Олежек?!

– Ну, и как ваши сыграют?

– Э-э-э!
– издал безнадежный крик Сергей и махнул рукой, а Эдуард улыбнулся тонко и изрек идиотский, навязший на зубах футбольный афоризм:

– Мяч круглый.

– Ну, а все-таки?

– Не порти настроения, Олег!
– взмолился Сергей.
– Так все хорошо: ты приехал, старую дружбу вспомнил, радость нам доставил. Зачем же о неприятном?

Олег рассмеялся и решил:

– Тогда поехали.

Стадион был набит битком, но Олег, Сергей и Эдуард сидели вольготно: их устроили в хитрой ложе. Трибуны гудели, трибуны ревели, трибуны попеременно рыдали от восторга и горя. Мяч в сетке! Мяч в сетке! Гол! Их было семь.

Когда десятка гостей, забив эффектный мяч головой, третий свой мяч, сделала счет четыре - три и свела преимущество хозяев до минимума, Сергей застонал:

– Что же это такое?! Когда это кончится?

Олег глянул на стадионные часы и успокоил:

– Через семь минут. И не волнуйся: все будет как надо.

– А как надо?
– ироничный Эдуард улыбнулся.
– И кому надо?

– Как? Да так, чтобы ваши выиграли. Кому? Вам, конечно, патриотам, болельщикам, фанам своей команды, - разъяснил все Олег и, посмотрев в шоколадные глаза Эдуарда, в свою очередь поинтересовался: - Надеюсь, вы поставили на своих, Эдик?

– Я всегда ставлю на своих, - двусмысленно ответил Эдуард.

Прозвучал наконец длинный финальный свисток. Трибуны восторженно взвыли. Трое в ложе встали и пошли к выходу. На табло были цифры 4 : 3. На ходу Олег, обеспокоясь, вспомнил:

– Эдик, вы не забыли? Никаких: я за рулем, вы сегодня мой гость.

– Мы же договорились, Олег Александрович, - мягко укорил суетного Олега Эдуард.

Они шли в толпе счастливых и шумных болельщиков, которые, все как один, кричали друг другу о том, что у них и их кумиров появился реальный шанс.

Пешком добрались до гостиницы. Олег пересек уютный темноватый пустынный вестибюль и, подойдя к портье, с тихой безапелляционностью (знал, как холуев держать в ежовых) распорядился:

– К одиннадцати часам вызовите такси.

И, не дождавшись ответа, направился к Сергею и Эдуарду.

В номере их встретил роскошно накрытый стол. Чревоугодник Сергей, с удовольствием разглядывая напитки и закуски, с завистью отметил:

– Умеешь ты, Олег, с этой публикой! А со мной они или хамят, или амикошонствуют.

– Олег Александрович - гость нашего города, - напомнил Эдуард.

– Ну и что?
– огрызнулся Сергей.
– А я - его знаменитый гражданин.

Уселись. Олег в две рюмки налил коньяку, а себе - пепси-колу. Эдуард с Сергеем переглянулись, вспомнили и вздохнули, подняв рюмки.