Микаэл замялся, поплямкал губами:

– Николай, вот если бы тебя тупой американец из средины прошлого века спросил: "Ты русский казак?" Учти, что для него все, кто живет на территории СССР - русские, и все русские - казаки. Как бы ты ему ответил? Только правду!

Во как повернул. Мне только один ответ в голову пришел: "Fuck You!" Но ему я сказал:

– На такой вопрос нельзя ответить. Тут три часа разьяснять нужно - и про национальности, и про Союз, и про казаков. Это Вы что, намекаете, что я, как тот тупой американец, ничего в ангелах не понимаю?

– Ты не как тупой американец, а как продвинутый украинский школьник, ничего в ангелах не понимаешь.

– Так Вы объясните! Я очень постараюсь понять!

Мне стало очень любопытно. Баранья тупость и заторможенность куда-то улетучилась. Вот сейчас он мне все тайны откроет: и про Бога, про грехи и про душу, и про Рай и Ад. И это не ла-ла будет, а все конкретно. Но он мне весь кайф обломал:

– Не могу объяснять. Вот ты среди прочих версий говорил про иностранца, инопланетянина, мутанта или ангела. Так это всё, считай очень близко к истине. Близко, но не точно. И это очень трудно разъяснить. И даже не просто трудно, а совсем нельзя. Ты только просто поверь, что все в книгах, которые ты читал немножечко так, и немножечко не так. Вот как "русский казак" в прошлом веке.

Как я расстроился, передать не могу. Ничего я не знаю. И не узнаю. Опять ничего не вышло! Одно слово - неудачник! Сразу все вспомнилось: и трусость моя проклятая, и с Виточкой полный облом. И как теперь жить?

А Микаэл чайку отхлебнул, и добавил: "Да, разьяснить не могу. Но кое-что сыграть тебе могу. Ты знаешь, что такое черная дыра?"

Ну читал я кое-что в Интернете. Там не совсем понятно было, но это место, куда материю втягивает, и она там вроде пропадает. И еще что-то про микро дыры и одиннадцать измерений. Микаэлу я сказал: "Очень приблизительно"

– Достаточно, - говорит Микаэл, - и достает из кармана свою триолу.
– А теперь представь, что в самом центре нашей галактики, где не протолкнуться между звездных скоплений и космической пыли, огромная воронка, куда втягивается все-все. И пыль, и камни, и планеты, и звезды, и даже время.

Потом он заиграл. Я все так и увидел. Галактику, Черную дыру в ее центре, и то, как в этом месте, что-то становится НИЧЕМ. И как это что-то в свой последний миг понимает, что с ним происходит. А последний миг длиться и длиться... вечно.

Я понял, что все мои обломы, - это так, мелочь, пшик. Потому что вот это - АД. И именно туда очень запросто можно попасть. Такая тоска меня придавила! И я спросил:

– Микаэл, а за какие грехи...
– туда?

– Нет, Николай, - отвечает. Не туда, или точнее не только туда. Ты ведь и про черные микродыры читал? И не за грехи. Все намного сложнее. Понимаешь, каждый человек - личность. А каждая личность - очень многогранная. И грани, это все частички личности, они в движении и в особой гармонии. В гармонии с собой и в гармонии и окружающим миром. Ну вот как человеческий организм. Скелет, жилы и сухожилия, мышцы, головной мозг спинной мозг, нервы. Пока все связано и работает в гармонии - живет. Нарушилась гармония - и головной мозг неправильно анализирует сигналы от органов чувств, спинной мозг не подает сигналы к движению, в кровь не поступает кислород, пищевод не выделяет нужных организму веществ. Человек умрет. Вот и личность. Если совсем-совсем разрушить гармонию, то личность рассыплется, и ее утянет...

– Микаэл, то есть грехи - не при чем? Ну а как же убийцы? Вот у нас в Днепровске два брата были. Бандюки. На дорогах фуры грабили, а водителей убивали. О них фильм еще сняли. Так они очень даже в гармонии были. И с собой, и с ментами. Их это не касается? Их никуда не утянуло?

– А как дальше было с ними, ты не помнишь?

– Помню, их взорвали. То ли подельники, то ли конкуренты.

– То есть не со всеми они были в гармонии? А, кроме того, с чего ты взял, что они были с собой в гармоннии? Ведь мама с папой в детстве, и потом, в школе, им говорили, что грабить и убивать нехорошо? Они могли забыть или задавить в себе это знание. Но это и есть - дисгармония. И потом, видишь ли, Николай, я тебе показал только маленькую часть общей картины. А сейчас будет другая часть.

Он опять заиграл. И я услышал, и, кажется, начал понимать. Вот человек. Он разный, немножко гармоничный, немножко нет. Но он целый. И весь сверкает, как новогодняя елка. Он живет, все меняется, он тоже. Частички меняются, какие-то огоньки гаснут, какие-то - загораются. Тех, которые гаснут, больше. Но он все еще целый, и светится хотя намного меньше. А потом он гаснет. Умирает. И какая-то большая, мутная, темная часть от него отваливается, рассыпается, и ее втягивает в НИЧТО. А другая часть начинает сначала. Ей очень тяжело, потому что это маленькая часть, в ней мало света, и ей нужно много развиваться. А мир вокруг такой неудобный, темный, и не хочет помочь маленькой недоразвитой личности... А потом у этой частички загорелся очень яркий огонек. И зазвучала та, моя мелодия. И тут я понял. Это же он про меня играет!

Ч 3 Шкатулочка

– Раз-два-три-четыре! Раз-два-три-четыре!
– Мы бежим по городу цепочкой. Мы - это весь наш ансамбль.

Декабрь, промозглая сырость. С неба сеется какая-то морось, помельче дождя, но помокрее тумана. А мы бежим, хватая носом холодный мокрый воздух. И кто бы, Вы думали, над нами так издевается? Конечно Микаэл, ангелок наш злобный. Именно ему поручил директор "подтянуть" наш ансамбль до республиканского уровня. Ну, и пропало детство! Два часа он нас гоняет, как сидоровых коз. Кросс на улице в любую погоду, потом растяжки и даже какое-то индийское ушу-укушу. Потом йога и медитация. И только потом наступает черед музыки. Пол часа гаммы, потом собственно работа над песнями. Правда, каким-то непонятным образом за два с небольшим месяца слаженность в ансамбле заметно повысилась. Мы уже не спорим и не ругаемся, когда репетируем. Как то стало ясно, как нужно играть и петь.