Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".
Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).
И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.
В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь
Глава 1
— … как-то так. — Обладатель шестого дан поднял взгляд на обладателя десятого.
Чашки с чаем к этому моменту уже трижды обновляли своё содержимое.
— Мне кажется, ты передумал задавать вопросы. — Патриарх сидел с закрытыми глазами. — Я прав?
— Да, и это удивительно. — Вроде волшебства не существует, а мозги заработали иначе, думал глава Эдогава-кай — он большей частью молчит, а мне всё становится кристально ясным.
Чем объяснить? Сюда же: интересно, если бы рядом сидел Решетников, что бы он сказал про эти так называемые мыслительные процессы?
— Вы мне очень помогли, сэнсэй.
— Да и нет. Помочь можно лишь тому, кто по своей воле движется вперёд и твёрдо стоит на ногах — ты всё понял самостоятельно и сам себе помог. — Хозяин удовлетворённо кивнул, не открывая глаз.
Он вслепую потянулся к чайнику, безошибочно попал, снова налил в две чашки, не глядя:
— Фудзи-сэнсэй был хорошим наставником, тебе есть чем гордиться.
— Его больше нет, увы. А без вас такого понимания почему-то не наступало, — вздохнул кохай. — Спасибо, что выслушали, Кубота-сэнсэй — иногда людям вроде меня не хватает именно этого, чтоб лучше почувствовать самого себя.
— Заходи ещё, эти двери для тебя всегда открыты.
Ученик привстал и поклонился, затем продолжил рассуждать вслух.
Выходя через какое-то время из до-дзё, Миёси Мая с благодарностью крутил в голове очевидную, как теперь казалось, мысль (и почему не додумался сам? На поверхности же): он и сам не против известной разработки Mitsubishi, с которой, похоже, всё началось. Он и сам не против, чтобы страна снова стала сильной — вон, хоть и на соседей посмотреть, даже не самых близких.
Тот же Пакистан или их извечный враг, как они сами говорят. Оба их извечных врага, если быть профессионально точным.
Проблема в том, что любое достойное начинание можно легко опорочить недостойными руками с грязными ногтями — личности имеют значение.
Кое-кому во главе масштабных проектов просто не место, думал Мая, шагая к лимузину. Если они не могут договориться даже со своими (уж на что я лоялен к самой Идее), то как они планируют договариваться с чужими? С теми, кому новый статус Японии может не понравиться?
Отсюда вытекает второй закономерный вопрос, который так любит Решетников. Про обезьяну с гранатой — её способность к договорам и компромиссам (что-то я стал часто вспоминать его, к чему бы).
Кто-то куёт меч, чтобы открыть себе новые горизонты — осваивать новое, а кто-то — исключительно из желания насладиться резнёй в собственном исполнении. Пока меч не готов, разница не видна.
Проблема не в инструменте. Мая молча упал на заднее сиденье и захлопнул дверь, машина тут же тронулась.
Проблема в конкретных людях. Даже мастерком каменщика можно и горло вскрыть, и дом построить, а уж тем, что должно получиться у Mitsubishi в итоге НАЧАВШЕЙСЯ реализации проекта… Кроме прочего, в доме Куботы-сэнсэя пришло и ощущение причин некоторых последних событий.
ИНТЕРЛЮДИЯ
Полицейский участок Meguro, Токио.
— … ??? — недавний выпускник полицейской академии Накамура Рёта в теории знал что делать, однако в силу небольшого опыта его с непривычки заклинило.
— Закрывай этого в зоне изоляции задержанных, в отдельном помещении, — не самый молодой патрульный кивнул на свежедоставленного, жестоко избитого типа в более чем приличном костюме и наручниках, едва стоящего на ногах и шатающегося в полубессознательном состоянии. — Врачей мы вызвали, уже едут. Пусть дознание попытается с ним поработать побыстрее, до приезда медицины. Сделаешь?
— Может, в больницу его сперва? Почему такая спе…?… — заикнулся было новичок, которому очень не хотелось брать на себя ответственность.
— НЕТ. Они напали на члена Общественного Совета МВД, — старший сотрудник верно истолковал эмоции младшего коллеги. — Перед этим, точнее, для этого — они предположительно незаконно проникли на охраняемую частную территорию. Там есть за что спрашивать, поверь.
— На какую территорию?
— Небоскрёб Йокогама.
— Принял. — Пальцы выбили дробь по клавиатуре. — А-а, вот же в формуляре есть. Но…
— Дознаватели разберутся сами, пометь в листке приёма: электронный пропуск в здание эти двое скорее всего украли, так охрана небоскрёба говорит.