Annotation
Серия рассказов Дина Кунца «Безымянный: 2 сезон» (2021) — продолжение цикла о загадочном Безымянном, который по-прежнему борется со злом, балансируя между жаждой справедливости и тёмными тайнами собственного прошлого.
Безымянный всё так же лишён цельных воспоминаний о себе, но фрагменты прошлого продолжают проступать в его сознании — и они оказываются куда мрачнее, чем он предполагал. Во втором сезоне герой сталкивается не просто с отдельными преступниками, а с масштабными угрозами: тоталитарными тенденциями в обществе, культами, торговцами оружием, извращёнными трактовками «милосердия» и системами, которые сознательно стирают человечность. Его миссия обретает новый масштаб: он не только карает злодеев, но и пытается помешать формированию общества, где насилие и контроль становятся нормой.
Каждый рассказ — самостоятельная история с напряжённым сюжетом, но вместе они ведут к раскрытию личности Безымянного и показывают, как его прошлое связано с теми угрозами, с которыми он сталкивается. В этой части цикла Дин Кунц сильнее смещает фокус на антиутопические мотивы: страх перед будущим, где власть и жестокость маскируются под порядок. При этом фирменный стиль автора сохраняется — психологическое напряжение, тревожная атмосфера, моральные дилеммы и резкие повороты.
В состав «2-го сезона» входят: "Заблудшая душа города", "Нежен ангел мести", "Калейдоскоп", "Свет весом, тьма невесома", "Штопор", "Взять на прицел".
Заблудшая душа города
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
Нежен ангел смерти
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
Калейдоскоп
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
Свет весом, тьма невесома
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
Штопор
1
2
3
4
5
6
7
8
Взять на прицел
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
Дин Кунц
БЕЗЫМЯННЫЙ: 2 сезон
Заблудшая душа города
1
Каждой ночи здесь недостаёт луны и звёзд. Рассвет всегда приходит без солнца. Ветер никогда не дует, дождь никогда не идёт. Здесь нет ни пения малиновки, ни деревьев, где птицы могли бы ночевать, ни неба, по которому они могли бы летать.
Эти комнаты без окон избавляют Спенсера Уутона от вида мира, который он презирает.
Он установил фильтры на потолочные световые панели, смягчив их люминесцентную резкость. Но иногда он предпочитает свечной свет. Сейчас мерцание двух десятков сияющих огоньков расписывает стены его кабинета светящимися фигурами и скользящими тенями, словно спорящие духи, вовлечённые в вечную битву добра и зла.
Разумеется, Спенсер знает, что ни добра, ни зла не существует — есть лишь то, что логично, и то, что нелогично. Имея степень бакалавра по изучению литературы неграмотных, магистерскую степень по творческой деконструкции и вторую магистерскую — по конструированию реальности, он остро сознаёт глубочайшее невежество масс и опасность, которую они представляют, упорно настаивая на том, что в жизни есть смысл.
Смысл — враг счастья.
Эти параноидальные, но при этом оптимистичные дураки, которые построили это место, набили одну комнату двадцатью тысячами фунтов свечей, спрятанных в металлических бочках, — на случай, когда общественная электросеть откажет и сотни пропановых баллонов для резервного генератора опустеют. Не по их вине апокалипсис так и не наступил.
Они были идиотами. По оценке Спенсера, большинство людей — идиоты. У него к ним одно лишь презрение.
Эта немытая масса считает презрение недостойным чувством, тогда как на самом деле презрение, даже больше, чем зависть, необходимо, если те, кто разделяет его философию, когда-нибудь построят лучший мир, в котором единственная справедливость — это ответная несправедливость, а истина всегда и только то, что говорят просвещённые лидеры.
Иногда, как сейчас, держа подсвечник, в котором тонкая свеча насажена на штырь, а тающий воск собирается в латунной чашечке, Спенсер бродит по помещениям этого убежища. При таком свете тайна наслаивает свои покровы на его своды и коридоры; возникает ощущение, будто здесь ждут своего часа семена будущего, будто, будучи хозяином этого царства, он станет великой исторической фигурой через сто лет.
В одной из самых больших комнат хранится сублимированная пища в запечатанных канистрах — достаточно, чтобы кормить пятьдесят человек десять лет. Срок хранения у неё сорок лет, а заменяют её каждые тридцать.