Когда наши лица оказались на одном уровне, Марлоу потянулся за своей маской, которая продолжала блестеть от огня, поглотившего мою мать. Ужас парализовал меня, когда он начал стаскивать маску. Я не хотел видеть его лицо... но какая-то часть меня должна была, обязана была узнать, был ли этот человек моим отцом.

— Чтобы стать им — прошептал он.

Металл отделился от кожи с влажным хлюпаньем.

— Эверсон... версон... сын.

Две пары охряно-зеленых глаз уставились на меня из темноты. Я фыркнул и попыталась отпрянуть. Щупальца обвились вокруг моих рук и туловища. Я дернул ногами. Моя голова ударилась обо что-то твердое.

Послышалось фырканье.

— Я тоже рада тебя видеть.

— Табита? — Я стряхнул с себя простыни и просунул руку между изголовьем кровати и ноющей макушкой. Я попытался собраться с мыслями. Я видел сон, Марлоу собирался снять свою золотую маску. Должно быть, меня разбудила кошка, которая звала меня по имени. Я огляделся. В комнате было темно, если не считать полумесяца высоко в окне — Который час?

Ее глаза медленно моргнули.

— По-видимому, пришло время тебе снова стонать во сне.

Я спустил ноги с кровати и сел, все еще ощущая, как ужас сна пронзает меня насквозь.

— Извини за это.

— Я же просила тебя не колдовать перед сном.

— О, может, мне стоило вместо этого съесть рибай?

Табита, прищурившись, посмотрела на меня, затем с глухим стуком встала из-за стола и направилась обратно к своей оттоманке у окна. Это было не так удобно, как на диване у нее дома, о чем она напоминала мне каждый день, но мы были не дома. Неделей ранее Чикори посадил нас в свой "Фольксваген Рэббит" и отвез на конспиративную квартиру в Нью-Джерси, скромное голубое здание на другом берегу Гудзона.

— Чтобы подготовить тебя к миссии — объяснил он.

Хотя до сих пор он только и делал, что суетился в своей лаборатории, прогоняя меня всякий раз, когда я спрашивал, что он задумал. Даже сейчас я слышала его бормотание в коридоре.

— Это не мне снятся кошмары — сказала Табита, сворачиваясь калачиком — Пятый раз за пять ночей?

— Да... Только на этот раз все было по-другому — Я кашлянул, чтобы прочистить забитое сном горло — Я снова заблудился в лесу и звал свою маму. Она нашла меня, но на этот раз у нее не было ответов. Она не могла сказать мне, как выбраться. Она просто велела мне бежать и прятаться.

— Убегать от чего? — Спросила Табита.

— От кого? — спросил я, вспомнив, как плясали языки пламени на золотой маске — От Мага смерти.

— Всю прошлую неделю ты только о нем и говорил. Неудивительно, что тебе снятся кошмары — Она зевнула и причмокнула губами — Всех разбудил — пробормотала она, закрывая глаза.

— Все это о тебе? — Спросил я раздраженно — Послушай, не знаю, приходило ли тебе это в голову, но я скоро уезжаю, и есть шанс, черт возьми, может быть, хороший шанс, что я не вернусь.

Эта мысль пронзила меня насквозь. В наказание за то, что я добровольно отдал свою кровь леди Бастет, которую затем украл Марлоу, Орден предписал мне проникнуть в убежище Марлоу и уничтожить книгу Лича. Это была сложная миссия. Более могущественные маги, чем я, пытались это сделать и потерпели неудачу, в том числе и моя мать. Отсюда и титул Марлоу как Мага Смерти.

— Я буду скучать по тебе, дорогой — сонно сказала Табита.

— Боже, спасибо за вотум доверия.

— Но ты вернешься.

Я посмотрел на свою кошку, её слова застали меня врасплох. Как суккуб, Табита не обладала божественными способностями, но во мне все равно затеплилась надежда.

— О, да? — Осторожно спросил я.

— Ты всегда так делаешь.

Она была права. Независимо от того, сталкивалась ли я с повелителями демонов или древними вампирами, у меня была способность в последний момент что-то выпутывать из ситуации. Отчасти это было связано с тем, что я владел магией. У нас был "коэффициент везения", как выразилась Чикори. Точнее, мы жили в симбиозе с магией, силой, которая любит, чтобы ею двигали и манипулировали. Эти отношения часто приводили к внезапным озарениям и совпадениям, особенно во времена острого стресса.

Но это испытание выглядело по-другому, вероятно, потому, что мне предстояло сразиться с другим волшебником, гораздо более могущественным, чем я. Его коэффициент везения не только сравнялся бы с моим, но и, скорее всего, превысил бы его.

— Посмотрим — сказал я.

Вместо ответа Табита захрапела. Покачав головой, я встал и прошелся по переполненной спальне для гостей. Пока Чикори провел последнюю неделю взаперти в своей лаборатории, я посвящал свое время чтению книг, которые он отобрал, а также выполнению упражнений, которые позволили бы мне направить больше энергии в нужное русло. Я действительно чувствовал себя сильнее, более сосредоточенным, но будет ли этого достаточно?