— В сорок четвёртом шли вот здесь, — вдруг заговорил он. — Сначала артподготовка, потом пехота. За тем перекрёстком был дзот, крепко держали свою позицию, но мы его обошли по флангу… С Мищенко тогда были, сам ещё совсем мальчишка. Погиб на следующий день.

Лейтенант молчал, не перебивая. Генерал продолжал разглядывать улицы, на которых его почти сорок лет назад встретил ад. В голосе были оттенки не гордости, а некоего тяжёлого спокойствия, как у врача, видевшего слишком много крови, чтобы быть романтиком.

— Город многое помнит, к сожалению люди такое быстро забывают. Два-три поколения и все…

Машина медленно свернула к зданию посольства. Генерал выпрямился в кресле и снова стал сух, официальен, и непробиваем как броня. Перед тем как Иванихин вышел, чтобы открыть дверь мащины, генерал тихо произнес:

— В переговорную, там обсудим всё, помещение проверенное?

Тот лишь кивнул.

Помещение, выбранное для встречи, находилось в полуподвале одного из административных зданий посольского комплекса. Толстые стены, двойная дверь, никакой проводки, только специальная прозрачная мебель из оргстекла, мутные стекла с хаотичными углами наклона для непредсказуемого отражения лазерного луча и система вибрации оконного блока. Вот такой стелс 80-х годов. Воздух пах свежей побелкой, высохшей краской и тем специфическим запахом который всегда присутствует в казенных помещениях.

Генерал Измайлов вошёл, не спеша, слегка поводив взглядом по стенам. Сел за стол, не снимая пальто и кивнул:

— Начинай, лейтенант.

Молодой офицер был готов к докладу. Папка с закладками, фотоматериалы, выписки из польских архивов, распечатки радиоперехватов. Лейтенант докладывал чётко, без тени волнения.

— Наблюдение установлено на следующий день после моего прибытия в Варшаву. Объект обозначен как Борисенок Константин Витальевич, Родился: 11 августа 1961. город Гомель. В Польшу прибыл с супругой, гражданкой СССР, по линии Министерства обороны. Статус — гражданский специалист.

Генерал не перебивал, только пересматривал по которому разу фотоснимки, время от времени прищуриваясь.

— Установлены контакты с представителями польской медиасреды, а именно с Магдаленой Рутковской, сотрудницей варшавского телецентра. Также зафиксированы факты прямого участия объекта в оперативных мероприятиях. Характер действий выходит за пределы обычной деятельности.

Генерал приподнял бровь.

— Конкретней.

Лейтенант перелистнул страницу:

— С высокой степенью вероятности он участвовал в срыве операции западных разведслужб на территории Польши. Путем нейтрализация разведчика ФРГ Бруно Штольца. Есть обоснованные подозрения в контроле над линиями дипломатической связи ряда иностранных посольств. Считаю, что принимал непосредственное участие в раскрытии крупной педофильской сети, при этом предполагается использование технологий, не соответствующих уровню развития нынешней техники.

Измайлов резко поднял взгляд.

— Что именно?

— Медицинские манипуляции без следов вмешательства. Препараты направленного действия, вызывающие полное подавление гормональной активности. Использование малозаметных летательных аппаратов в городской среде. Контроль информационных потоков телецентра. Создание материалов, практически полностью разрушивших устои местной церковной вертикали и резко снизившие авторитет профсоюза «Солидарность».

Генерал тяжело выдохнул. Пальцы его нервно стучали по столу.

— И ты в этом уверен?

— На девяносто пять процентов. Совпадают профили. Логика действий нетипична для любой существующей службы. Полная адаптация к окружающей среде, высокая эффективность оперативных мероприятий в условиях полной изоляции и при высоком контроле со стороны властей, Можно даже сказать — полное пренебрежение властной вертикалью.

Генерал усмехнулся, но без тепла.

— А пять процентов?

— На случай, если он не инопланетянин, а просто гений, но работающий по чьей-то наводке. Вероятность чего, по моему мнению ничтожно мала.

Пауза повисла над столом. За окном полуподвала кто-то прошел, но не остановился. Генерал закрыл лежащую перед ним папку.

— Задерживать его пока не будем, только наблюдать. Слишком многое не подтверждено фактами, чтобы действовать. Тем более, здесь в Польше.

Лейтенант вопросительно посмотрел на генерала. Измайлов откинулся на спинку стула и пояснил:

— Ты сам свой доклад слышал? «С высокой степенью вероятности… есть обоснованные подозрения… считаю… предполагается использование…» У нас, ничего конкретного на этого двадцатилетнего парня нет! В сухом остатке, только твоя красивая гипотеза о том что он с другой планеты…

— Но если подтвердится, что это он…

— Тогда придётся решать иначе. Не по уставу. Потому что если он не человек, то и подход нужен нечеловеческий. Хотя… Если все что произошло в последний месяц в Польше… скажем так — его работа, то я хоть завтра представил его к «Герою», потому что он один выполнил титаническую работу за всех нас, не взяв за это не копейки.

Наступила тишина. Настольная лампа мерцала, словно внимательно слушала каждое слово и передавала куда-то выше.

— И кстати, пойдешь сегодня в секретку местных особистов и ознакомишься с материалом… как его?