– Что с тобой? Ты сам не свой со вчерашнего дня.

И очень захотелось ответить правду. Даже язык зачесался.

– Узнал, что в принципе никому не могу доверять, – резко ответил Ференц. – Потому что люди, которых я считаю близкими, врут в глаза.

Артур, кажется, понял, потому что как-то побледнел.

– Фран…

– Плевать, – отчеканил король. – Нравится моя жена? Дарю, забирай. Только ее папе сам объяснишь все…

– Фран! – теперь уже голос Донтона звучал возмущенно. – Тильда не вещь…

– Это единственное, что тебя останавливает?

– Да! То есть, нет. Между мной и твоей супругой ничего нет. Кажется, я уже говорил тебе об этом.

– Да неужели? – Злость снова подняла голову, и Ференц сжал кулаки. – Тогда почему, едва открыв глаза после пожара, она зовет тебя?

Артур закусил губу. Впервые Ференц видел, чтобы тот занервничал.

– Мы с ней были дружны в Илонде, – сказал он. – Но между нами ничего нет, слышишь? И все твои подозрения беспочвенны. А почему она звала меня… Потому что я ее друг. Единственный человек, который связывает ее с родиной, и Тильда цепляется за меня, потому что ей одиноко. Ты ведь сам попросил восстановить эту связь, разве нет?

– Получается, я во всем виноват?

– Я этого не говорил!

– Тогда что за намеки? Я просил выяснить, не шпионка ли моя жена, а не тащить ее в свою постель.

– Хватит говорить ерунду! – Артур резко поднялся из-за стола. – Не стоит впутывать меня в свои семейные проблемы. Если сам не можешь найти с Тильдой общий язык, я в этом не виноват. Да и она, я думаю, тоже. Все можно понять, Фран. У тебя нет времени сейчас отвлекаться на что-то, но Тильде нужно твое внимание. Она по-прежнему чувствует себя в Лиммере чужой. А потом ты удивляешься, что она тянется к единственному хорошо знакомому человеку. Мы шесть лет общались с ней в Илонде, были друзьями. Может, на тот момент чуть больше, чем друзьями, но и мне нужно было за кого-то держаться. И все же повторюсь: между нами ничего не было. Несколько совместных прогулок еще до вашего брака – не повод обвинять девушку. А ты видишь врагов там, где их нет. Так не должно быть, Ференц.

Фран посмотрел на него внимательно и рассмеялся. Право же, слушать доводы Донтона было смешно. Арт пылал таким праведным гневом, что сейчас казался посланником Лимы. Глупый-глупый Арти. Слишком правильный для этой страны. Ференц и сам долго выжигал из себя эту «правильность». Потому что иначе сожрут. Почему придворные тянутся за Александром? Потому что у Алекса сотня масок, для каждого своя. И они рады обманываться, хлопать в ладоши, приветствуя свои иллюзии. И неудобен им Ференц, который не идет на поводу, ни с кем не советуется, никому не заглядывает в рот. Наверное, за это и придется заплатить головой.

– Фран? – Артур, кажется, и вовсе забеспокоился из-за этого смеха. – Послушай, я больше не подойду к Тильде, даю слово. Насчет ее шпионажа мы все выяснили. Но ты… Тебе стоит отдохнуть, наверное.

– Мне стоит застрелиться, – выпалил король и снова рассмеялся. – Вот увидишь, всей стране станет легче жить. А теперь присаживайся, я прикажу позвать всю прислугу, которая приехала со мной из дворца.

– А есть те, кто не приехал? – прищурился Арт.

– Дворец тоже нужно отмыть, отчистить. Но те, кто служил в моем крыле, здесь, и сейчас мы сможем с ними побеседовать.

– Я предпочел бы поговорить с ними наедине, – ответил упрямый Донтон.

– А я не спрашиваю, что бы ты предпочел. Или ты тоже хочешь занять мое место? Нет? Значит, не перечь.

И Ференц позвонил в колокольчик. Он приказал явившемуся камердинеру собрать всю дворцовую прислугу в коридоре, и тот удалился. Фран же занял кресло в центре гостиной, приготовившись ждать. Затем вспомнил, что за сердечными переживаниями забыл, зачем вообще отправил вчера Донтона прочь из дворца.

– Кстати, ты поговорил с Бойлзом? – спросил он.

– Поговорил, – ответил Арт. – Сам он пока на службу возвращаться не собирается, но если в академии снова сменится ректор, обещал подумать. А по поводу тех, кто мог бы составить костяк твоей охраны, посоветовал обратиться к моим бывшим однокурсникам. Поможешь их отыскать?

– Подашь список – помогу, – Ференц пожал плечами. – Только вряд ли они согласятся.

– Из-за той истории, в результате которой я застрял в Илонде? – спросил Артур, глядя слишком пристально.

– Из-за нее, – согласился король. – Не каждый готов платить своей головой. Война окончена, и выжившим хочется жить.

– И все же…

– Разбирайся сам, Донтон! – резко перебил его Ференц. – А сейчас займись прислугой, у меня не так много свободного времени, а я тоже хочу услышать, что они скажут.

Всего с королем из столичного дворца приехало тридцать слуг и служанок. А Ференц этим утром ждал еще и приезда советников, и ему меньше всего хотелось пару часов сидеть тут, но… Это было необходимо. Речь шла даже не о нем, а о Тильде. До этого все атаки были направлены лично на Франа. Он к ним привык, успешно их предотвращал. Утомительно, да, но пока не смертельно. А сейчас впервые кто-то решил избавить его от жены. Может, покушение организовал кто-то другой? Кто-то, не имевший к нему отношения ранее? Фран давно начал подозревать, что против него ведет игру не один человек. Алекс и Илонд? Король решил пожертвовать дочерью?