— А теперь, парни, мы будем разбирать и сортировать это барахло, — указал я на гору пластиковых пакетов, принесенных по моим запросам со Свалки.

Скорее всего — хлам, если начистоту. Но проверить надо, да и понятно, что пока я не натаскаю парней, большая часть принесённого будет хламом. А когда посмотрю, на что способны, натаскаю способных, будут они у меня не «парни». Повышу их до миньонов, мысленно хмыкнул я, возясь с мешками и приглядывая за стонущими парнями.

Принесли мне, конечно, барахло, но…

— Ты чего творишь? — вскинулся я, останавливая немаленького детину, с сосредоточенной мордой складывающего моток медной проволоки к нескольким бытовым приборам.

— Раскладываю, — залупал он на меня глазами. — Ты сам сказал, Марк: это, сортировать. Эй, я это и делаю!

— А не подскажешь ли мне, чем ты руководствовался, когда пихал проволоку к фену и микроволновке? — поинтересовался я, искренне уверенный, что детина просто соботажничает в знак протеста против места работы.

— Ну это… Они же красные! — гордо заявил он, тыча в кучку. — Вот я и сложил!

Только не ржать, только не ржать, героически боролся я с нарастающим внутренним смехом. Ну ведь старается, в отличие от прочих, всё-таки…

— Так, давайте сделаем так, — начал я «мастер-класс» по сортировке.

И, к моему удивлению, пара парней тоже «втянулись», явно не из-под палки включившись в процесс. И тут я заметил краем глаза то, чего тут быть просто не могло. Ну, точнее, вероятность появления ЭТОГО тут была практически нулевой. А если она боевая… уф, дымовуха, разглядел я аббревиатуру на боку металлической сферы с дуговой юбкой.

— Горелый, замри, — максимально спокойно произнёс я — то, что граната у него в руках не плазменная или осколочная, конечно, хорошо. Но желания отмывать себя и мастерскую, да и кашлять минимум до вечера у меня почему-то нет. — Держи эту штуку, не выпускай, — направился я к парню.

— Эй, держу, — и вправду держал он гранату армейского образца и не ронял, молодец такой. — А чё это, Марк?

— Это звиздец, Горелый, — с ласковой улыбкой пояснил я, аккуратно забирая гранату. — Такая сфера с аббревиатурой, — повращал я гранату, чтобы её видели, — «ПТ», «ФГ», «ТГ»… Ну от автосервиса что-то останется. От нас — нет.

— Эй, бомба?! — аж присел Горелый, да и парни отступили с явным испугом. — А эта, Марк? На ней… пы-ы-ы… дэ-э-э… протянул он, с явной натугой.

Дьявольщина, они же ещё грамотны весьма условно, дошло до меня. Нижний Город, во всей красе.

— Будет неприятно. Ладно, продолжайте, а я пока разберусь, — подошёл я к столу. — Но увидите такую сферу — либо звать меня, либо не трогать. Даже если сможете прочесть, — последнее я пробормотал уже под нос, достав инструменты для тонких работ.

И через секунду расслабился: модуль-опознаватель, инициирующий заряд, был неисправен. Почему армейская граната и оказалась на свалке. А вообще, надо бы поискать в месте, где она оказалась. Не самому: не до того, как понятно. Но… ладно, разберёмся.

Извлёк модуль опознавания, убедился в целостности заряда и блока для дымо-пылевой смеси. Вытащил из уже отсортированной кучи раздолбанный кухонный миксер, а полудохлые батарейки вообще были россыпью. Почти все «дохлые», но «почти» — не все. Тут много не надо, на один раз.

Закрепил тумблер, батарею, вывел контакты на шашку, хмыкнул, довольно подкинул на руке, закрутив в воздухе, гранату. Хрен она взорвётся, если нет поломок, а их отсутствие я уже установил. А так — гвозди можно забивать, армейская штукенция.

Отложил «первую готовою продукцию» мастерской — вообще-то вещь, но хрен знает для чего. Такими спецназ при штурме зданий пользуется, да и механизированная гвардия — пыль наглухо блокирует радары, в области действия облака. Про видимость говорить смешно — непроглядное чёрное облако, блокирующее даже инфракрасные и ультрафиолетовые визоры.

В общем — неожиданная находка. А пока надо разобрать то, что мне натаскали, до конца.

Автомастерская в Нижнем Городе, Теодор.

Фёдор сидел за столом в кабинете, занятый расчётами и размышлениями. Дела у компании были… не слишком хороши. Но и не слишком плохи, с улыбкой прислушался он к стуку и звону, разбавляемому изумлённым «эй!» из помещения за стеной.

Марк может решить большую часть проблем, хотя полагаться во всём на старого друга не слишком верно. Да и увлекается он. До сих пор, кажется, что уши не отошли от того хлопка.