А из плюсов, в случае потери копии, заключенная внутри «сила» оригинала не исчезает, а через астральные сети возвращается обратно в исходный объект.

Что позволяет ей впоследствии спокойно создать новую копию и вновь наделить ее «силой». Пока цел оригинал это можно повторять из безопасной точки сколь угодно раз.

Удобно, конечно.

А вот мне пришлось лезть в астральный коридор собственным телом, и чтобы это сделать, я оставил «якорь» на Каймане, дабы у меня был ориентир на возвращение. Якорь сыграл роль страховочного троса, который я и дернул, когда догнал проекцию Октавии.

Мое тело конечно этот придуманный наспех фокус потрепал, но жить можно. Повторять такое часто не выйдет, так и помереть недолго, зависнув навечно между складками пространства. Но отпускать Октавию было никак нельзя.

«Особенно с этим», — хмыкнул я про себя, покручивая отобранную сферу в руке.

— Ты ее убил? — подошел ко мне Альберт. Уже бодрый и в полном стихийном доспехе.

Находились мы сейчас в пещере каменистого холма, куда загнали Кайман и разбили лагерь на ночь. Виктория и Макс еще не приходили в себя и дрыхли, заботливо уложенные в спальные мешки, а Дом неподалеку разжигал костер.

— Нет, не убил, но сделал больно иначе, — усмехнулся я, демонстративно приподняв артефакт на уровень глаз.

Альберт слегка поежился, ощущая исходящую от сферы дикую энергию. И хоть ему было любопытно, трогать он его благоразумно не стал.

— Что это такое? — тем не менее не удержался от вопроса Берти.

— Своего рода накопитель.

— Энергии? Как кристалл? — вопросительно сощурился Альберт.

— Ну-у… почти. С той лишь поправкой, что накапливает он не энергию, а души людей. Его уникальная структура позволяет удержать в себе несколько десятков душ, не причиняя им никакого вреда.

— Опасная штука… — скривился здоровяк.

— В плохих руках да, — кивнул я, — но вообще создали ее из благих побуждений. Душа, это концентрат жизненной энергии, при правильном применении и просчитанном отделении целой души от смертельного раненного или больного тела, можно излечить практическую любую болезнь или рану.

Подобные «Сферы Душ» использовались в каждом крупном лазарете Ордена Аргуса и не раз спасали жизни бойцам, вытаскивая с того света даже самых безнадежных. Однако из-за своих свойств, эта сфера была голубой мечтой любого некроманта. По этой причине к их защите в Ордене относились особенно строго. Настолько, что не подпускали к ней одаренных Смерти, чтобы у тех не было соблазнов, а также, насколько я знаю, Сферы никогда не размещали на постоянной основе далеко от Башни.

Лишь в полевых госпиталях, по необходимости и под круглосуточной охраной. Видимо с потерей Башни, это место как раз и стало одним из тыловых лазаретов. Или же кто-то из Ордена просто вынес ценный артефакт и спрятал здесь.

Так или иначе, этой штуке никак нельзя было попасть в плохие руки. Особенно в такие, которые занимались экспериментами над людьми.

Достоверных отчетов о действии подземных лабораторий Клана Смерти пока было не так много, но очевидно было одно. Они пытались скрестить людей и тварей. Успешных образцов этого скрещивания там пока не нашли, но вот скрещивание (тварь + тварь) им, очевидно, удалось.

Судя по змее и данным с западных границ.

А получение этой сферы могло вывести эти эксперименты на новый уровень. Особенно если включить в уравнение всадников мира Смерти.

Вопрос в том, откуда Октавия вообще узнала о «Сфере Душ»? Девица, очевидно, пришла за ней целенаправленно, ведь больше никаких артефактов при себе у Октавии не было.

Неужели Мордин, засранец, и тут постарался? Не похоже на него.

Он ведь больше других понимает, на что эта Сфера способна.

Лучше бы моему старому коллеге подготовить алиби, к тому моменту как я доберусь до его болтливой задницы с неудобными вопросами.

Размышляя об этом, я убрал сферу в теневой карман и, оставив Альберта присмотреть за спящими, и помочь Дому с лагерем, вышел наружу.

Ночь была на удивление теплой и спокойной.

Даже луна умудрялась пробиваться сюда сквозь низкие разноцветные тучи. Однако это спокойствие было обманчивым. Десять метров влево, десять вправо и там уже поджидала затаившаяся опасность.

Да, твари вокруг все еще признавали это место территорией Циклопа, но, во-первых, сейчас была ночь и это дает тварям +100 к смелости, а во-вторых, они, как хищники, способны учуять слабость.

Вернее, тот факт, что исходящий от нас стихийный ответ резко снизился, и сейчас был куда меньше, чем в тот момент, когда мы бились с Патриархом Циклопов. Твари посмелее вполне могли бы попробовать прощупать нас на прочность этой ночью и, если бы мы остались на ночевку вне пещеры, наверняка бы это сделали.

А так, мы укрылись от открытой атаки и прямой видимости. Наших раненых Альберт накрыл маскировочным тентом, да и все еще валяющийся перед входом в пещеру труп Патриарха Циклопов работал отличным пугалом.