Шрифт:
Ощущение, что в мозгах сейчас что-то лопнет.
– Сдурел? Ты не можешь так поступить! Не имеешь права!
– Добивать жену не стану. После всего, что открылось, продолжать встречи — немыслимое гадство.
– Охренеть!
– не могу поверить.
– Ему в лицо харкнули, а он рассуждает о переживаниях Таисии. Трезвей, папуля.
Он резко ко мне подлетает и хватает за ногу, грубо стаскивая с кровати на пол. Спиной приземляюсь на твердый паркет, моментально испытывая дикую боль.
Слёзы катятся по щекам, и я не могу остановиться.
Безысходность, унижение, ярость и отчаяние — сжимают меня в кольце страха и злости.
– Прекрати, слышишь? Хватит! Устроила черти что и строишь из себя жертву. Нахрен ты мне не сдалась, понятно? Кусок мяса, который потыкал и без колебаний выброшу. Еще и Кристине наплела дерьма, теперь она ополчилась, - разъяренно рычит.
– Значит, о малолетней сучке беспокоишься, а меня в утиль?
– не выдерживаю и набрасываюсь, впиваясь длинными острыми ногтями в щеку.
Отчим грубо меня отталкивает и опрокидывает торшер. Следом летит ваза, затем картина со стены. Костя громит комнату, будто Халк, а я — съеживаюсь от паники, не смея пошевелиться.
Аренда коттедж стоил немалых денег, и я не представляю, в какую сумму выльется штраф за порчу имущества.
– Костик, пожалуйста, нам нужно успокоиться, - едва шепчу.
Он не видит меня, не слышит, его мысли вращаются вокруг ярости, которая заполнила до краёв. Глаза горят ненавистью, а голос звучит, как угроза:
– Молчи, Карина! Закрой свою пасть и сопи в две дырки!
– срывает плазму напротив кровати.
– Лучше я расхерачу комнату, потому что взбешен настолько, что жажду тебя убить!
– с силой бросает её на пол...
Глава 17. Таисия
Ощущение – не дышу.
Не укладывается в голове, что собственный ребенок способен на такую дикую подлость.
Не верю, что дочь влюблена в Константина, ни на секунду не сомневаюсь, что выбрала его только потому, что имеет деньги и возможности.
Сажусь в такси и смотрю в одну точку.
Мама молчит, Кристина, сжимая в руках платье Карины, тоже притаилась.
Они видят мое состояние и боятся проронить лишнее слово.
Не понимаю, когда, как все произошло? Сколько времени я живу в иллюзиях?
Карина успокаивала, поддерживала, после скандала за тем злосчастным ужином, говорила, что если у супруга есть любовница – вместе переживем, справимся, а сама…
Это же насколько она меня ненавидит, чтобы вот так ударить в спину?
А главное – за что?
Подари мужа… интересная просьба.
Я бы и не держала. Никогда не стану цепляться за мужчину, тем более неверного. Боль от случившегося огромна, но не потому, что спустя семнадцать лет Костя решил загулять, а потому, что сделал это с моей дочкой.
Такое даже в самом страшном кошмаре не представишь.
Спал с ней и приходил ко мне в постель. Настоящее извращение.
Нет у такой подлости берегов. Стерты все границы.
Как это пережить? Я не знаю.
Мне так плохо...
В висках пульсирует желание выпить банку таблеток или сигануть с двадцатого этажа.
Просто закрыть глаза и забыться.
– Прости меня, мама, - слышу от Кристины.
Младшая все знала. И молчала.
Наблюдала, как я мечусь в поисках той самой любовницы, и ничего не говорила.
Для Карины и Кристины я – пустое место. С мамой так не поступишь, никогда. Не станешь глумиться над состоянием, близкому к нервному срыву.
– Я хотела поделиться, но папа не разрешал. Не думала, что сестра постоянно врала. Они говорили о чувствах, уверяли, что будешь не против, - продолжает сбивчиво.
– Кристина… ты серьезно? Не криви душой, просто не захотела быть честной, наверное, нравилось хранить секрет, изводя меня на пару со старшей. Я не желаю ругаться, нет в этом смысла, просто не понимаю, за что вы так со мной?
– голос дрожит.
– Только не плачь, Тая, не нужно, - произносит мама. Ее теплая ладонь накрывает мою.
Представляю, как ей горько.
Видеть дочь и внучек вот в таком свете – удар.
Она у меня очень восприимчивая, поэтому держусь из последних сил, чтобы не удариться в рыдания.