А по возможности, спасти своих друзей и сбежать.

Шансы на это конечно были маленькие, но не нулевые. Поэтому балл парню за старания.

Жаль исполнение подкачало. Ради маскировки и экономии сил, боец отключил все органы чувств, но из-за этого он упустил лучший момент для атаки на тварей.

Мы ведь отвлекли на себя все гнездо, а он не только этого не заметил, но и сейчас смутно соображал, что вообще происходит.

Я бы на месте Альберта вырубил этого бедолагу и положил к остальным, чтобы не тормозить процесс эвакуации, но Берти оказался более миролюбивым и просто вдарил ему по башке лбом.

От неожиданности мужик опрокинулся на задницу, выронил саблю, но взгляд его немного прояснился.

— Ой… ты человек… — сглотнул он кровь на губах.

— Человек, человек, — засмеялся Альберт, и поняв, что угрозы бедолага больше не представляет, принялся вскрывать последний кокон.

Мужик же поднялся на ноги, взял саблю в руки, окинул нас подозрительным взглядом, который слегка смягчился, когда он увидел двух своих друзей, что лежали без сознания, но живые.

— Вы кто такие? — сохраняя дистанцию, спросил он.

— Меня зовут Альберт, а это Маркус. Нас послали вам на помощь, паря, — не прекращая рвать своими ручищами деревянные прутья кокона, ответил Альберт.

— Марта послала, — уточнил я, согнувшись над одним из лежавших без сознания бойцов и положил ладони ему на грудь.

Наш воинственный псих сначала дернулся, но заметив, что мои руки начали испускать целебные волны, а зеленая кожа его друга начала розоветь, замер на полушаге, но саблю не опустил.

— Да наплевать мне как вас зовут! Марта бы не послала за нами чужаков! — убежденно заявил мужик, держа нас обоих в поле зрения.

— Ну, как видишь, мы здесь, — оказав легкую первую помощь и второму пациенту, хмыкнул я и поднялся на ноги, — и пришли вам помочь.

— Я… я… вам не верю! — дрогнул голос психа, и он отшатнулся еще на два шага, когда я потянулся к нему, чтобы и его организм очистить от природных токсинов.

— Да выбора у тебя сейчас нет, командир, — миролюбиво улыбнулся я, признав на остатках брони мужика знак лидера группы, — либо верить нам… либо им, — кивнул я ему за спину.

Поначалу командир бедолаг не стал оборачиваться, но потом услышал едва различимый с той стороны треск и топот.

Мы с Альбертом прихлопнули только первую волну. Вернее одно гнездо.

Болотники селятся большими группами и на манер людей, делят территории Портала между собой на сферы влияния — гнезда. И узнав, что одно из гнезд разорено и его территория теперь свободна, сюда вскоре сбегутся лучшие воины всех оставшихся гнезд.

Ради того, чтобы добить захватчиков, а заодно решить, кто будет новым владельцем освободившейся земли. И скоро тут будет настоящая мясорубка, так как по моим расчетам, активных гнезд тут не менее пяти.

— Срань! Срань! Срань! Сра-а-ань! Надо уходить! Срочно! — тут же убрал саблю и всполошился командир бедолаг, а в его полубезумных глазах мелькнуло понимание.

Это хорошо. Похоже, они перед заходом сюда готовились, и он тоже в курсе, что зачищенное гнездо сейчас является самым опасным местом в Портале.

Альберт тоже почувствовал возросшее в воздухе напряжение и ускорился, буквально выдрав из плена кокона последнюю жертву: молодую девушку, которая после моей короткой лечебной процедуры заняла свободное лежачее место рядом со своими друзьями.

Командир бедолаг в это время занимался приведением своего снаряжения в порядок, избавившись от мха, веток и лиан.

— Надеюсь, у вас есть план? — наконец встал с нами плечом к плечу боец, стихийный ответ которого возрос на несколько процентов.

Неплохо. Стрессовая ситуация только повышает его боевую концентрацию. Плюс балл в копилку. Наберет еще сотню баллов и выйдет из минуса, в который загнал себя как командир, позволивший пленить весь свой отряд.

— Хм, Маркус, а действительно, у нас есть план? — осмотрев сначала свой потрескавшийся доспех, потом голожопого психа на дрожащих ногах, а под конец еще трех лежащих без сознания бойцов.

— План? Можно и так сказать, — пожал я плечами и, вышагнув на свободное место, вытянул руку и приказал, — явись!

В тот же миг перед нами вспыхнуло черное облачко, которое резко раздалось вширь и продолжало расти, пока не приняло форму крупной жабообразной твари, что отличалась от тех, что мы встретили на поверхности, лишь впятеро большим размером и черным цветом.

— Такси подано, господа! Грузимся, — гостеприимно улыбнулся я, и с громогласным «ква-а-а», созданное мной воплощение тьмы присело и распахнуло свою гигантскую жабью пасть.