Но теперь я другой, я узнаю все что мне требуется.

— Вы можете сдаться, — произнёс импровизированный рефери, стоящий между нами и объясняющий правила. — В противном случае вы умрёте.

При этом он смотрит на меня, словно пытается что-то увидеть. Может ожидал, что лицо дрогнет и я выдам эмоции. Стану испуганным мальчиком. Нет, этого не будет.

— Меня всё устраивает, — ответил я.

— Также вам предлагается доспех, исключительно для вашей защиты, — выдавил рефери. — Вам разрешается усиливаться и работать магией, но нельзя использовать бесконтактные удары.

— Понял, — ответил я.

Рефери, невысокий демон, отошёл прочь, одарив меня взглядом полным осуждения вперемешку с презрением. Так смотрят на глупое самоубийство.

— Я предоставляю тебе право первого уда… — произнёс демон гигант в латах, но я уже шёл к нему, два шага вперёд и от души пробить в живот.

Доспех сминается под силой удара. Демона сносит, он летит в толпу, создавая там натуральную просеку из нечеловеческих тел.

Он выбирается, перешагивая несколько так и не поднявшихся тел и двигается ко мне. Но уже иначе, с опаской. Он осторожен, я заставил его уважать.

Смотрю на Йогана. Он видел этот удар и уже понял, что его подопечный обречён?

Позволяю Шену ударить несколько раз. Когда он сокращает дистанцию, его кулак пытается смести меня. Но натыкается на доспех духа, где-то в районе плеча.

Демоны владеют технологией духовных лат. Но даже окутанный ими поверх настоящего доспеха демон, вдруг шипит от боли. Сила, окутывающая его тело не такая плотная. Его дух слаб и он рассыпается встретив преграду, как морская волна при встрече со скалой.

Вода камень точит, гласит древняя как мир поговорка. Но кто даст Шену столько бесценного времени? Второй его удар так же встречает достойное сопротивление. Он расходует большое количество сил. Я смотрю на Йогана, но глава коммуны не собирается останавливать поединок ввиду его бессмысленности.

Наши взгляды встречаются, киваю ему.

Следующая атака Шена была встречена, я ударил навстречу, кулак врезался в кулак и все услышали треск кости. Мои руки хватают Шена за рога и тянут вниз. Лицо демонов встречается с коленом, удар такой силы деформирует шлем и забивает нос в мозг. Рога отваливаются, оставаясь в моих руках, а демон падает под ноги.

— Доволен? — спрашиваю в наступившей тишине.

Но вместо волны возмущений или какой-то подлости со стороны Йогана, нелюди вдруг орут в едином порыве. Их крики радостные, одобрительные, восхищенные. В основном конечно же так реагируют демоны, вампиры лишь кривят клыкастые рожи, оборотки просто качают головами.

Подхожу к Йогану и тот приглашает присесть, берёт сигарету и выкуривает её.

— Что ты хочешь узнать, — спрашивает он. — После такого красивого боя, я готов тебя выслушать.

— Если бы мне нужно было чтобы меня кто-то выслушал, я бы к тебе не пришел, мне нужны ответы, — продолжил я.

— Тогда нам надо туда, где меньше ушей, — усмехнулся Йоган.

Оказавшись в комнате, подальше от музыки и быстро потерявших к нам интерес гостей, мы сели за стол, друг напротив друга.

Йоган плеснул выпить. Мне казалось, что с такими габаритами, он будет пить ровно так же, как курить сигареты. Но нет, демон смаковал и наслаждался.

— Знаешь, — вдруг начал он. — У нас есть всего один напиток, больше похожий на текилу, делается из кактуса. По вашему кактуса. Редкостная дрянь. А у вас тысячи вариаций алкоголя, только в одной стране. Ты, наверняка, думаешь, зачем я тут. Именно за этим, нет, не за алкоголем, а за выбором. В нашем мире нет выбора, нет шанса жить иначе. Но есть демоны, которые не согласны с таким положением вещей.

— Расскажи мне, зачем вам война и что вы хотите получить в сухом остатке? Разрушенные города? Кучу трупов? Вы придёте в пустоту.

— Города? Нам не нужно ничего, что есть у вас. Вся промышленность и удобства, это очень хорошо, но главное в том, что у вас много ресурсов. У нас их гораздо меньше, говоря «мы», я говорю не за себя, а за свой народ. Я не стану с вами воевать, но они иначе не могут.

— Зачем? — повторил я.

— Потому что иначе мы умрём, — ответил Йоган, расплываясь в улыбке. — Мы делим мир с такими же пришельцами, какими мы являемся для вас. Двенадцать доминионов теряют территории каждый день. И мы так живём уже больше тысячи лет, поколение за поколением. Мы не можем иначе.

— Но почему же не договориться? — удивился я.

— Разговоры не приведут ни к чёму, мы устроены иначе. Само понимание демократии или же либерализма, какие есть на вашей планете, неприемлемы для нас. Есть редкие исключения, это я или все собравшиеся тут, но нас критически мало.

Это пожалуй было главное, что я хотел услышать.

Детали вторичны, что за пришельцы, по каким причинам невозможно существование и всё такое. Когда я активно сражался с демонами, я видел многое. И понимал, что говорит Йоган. Такого как он я вижу впервые, но тех о ком он говорит убивал тысячами.