— Не знаю, — я покачал головой и взялся за ложку. — Тут что, работают невидимки?

— Что-то типа того, — кивнул Сиам.

— Мастер Сиам, — загадочный хозяин харчевни все не давал мне покоя, — а вы видели Людвига?

— Нет, — односложно ответил маг.

— А скажите…

— Александр, — клянусь, в этот момент Сиам до чертиков напомнил мне Денебери. — Не задавай дурацких вопросов. И поесть не успеешь, и на поверку опоздаешь.

Насчёт последнего маг был прав, поэтому я с удвоенной скоростью заработал ложкой.

И пока ел, думал насчет Людвига.

А что, если на него и вправду работают невидимки? Но тогда… почему я не чувствую их сердцебиения?

Хм… А может это какая-то магическая доставка еды? Материализация? Телепортация?

Хотя нет, в таком случае, рагу появилось бы у меня перед глазами, а не в тот момент, пока я отворачиваюсь к окну.

Да и если на столах были бы вырезаны портальные руны, я бы почувствовал всплеск магии.

Если рассуждать логически, то этот Людвиг должен быть живым человеком — призраки не умеют готовить кашу и рагу. К тому же вкусное, да еще и усиленное специями.

Я прямо физически ощущал, как с каждой ложкой энергия бежит по каналам, смывая накопившуюся за день усталость.

Помимо этого выпил пузырек курса Укрепления.

Такого крутого эффекта, как в первые дни, я уже не чувствовал, да и энергокаркас у меня уже сформировался, но я все равно пил зелья.

Вреда точно не будет, да и хорошо бы увеличить размер Источника.

Наверное, если бы мне предложили вернуться в прошлое и выбрать, по какому пути пойти — стать магом или воином, я бы выбрал воина.

Очень уж маг зависит от маны…

Хотя… Кого я обманываю? Магия — наше всё. Потому сейчас у меня две приоритетные цели.

Добраться до третьей, а лучше четвертой или даже пятой ступени как в школе Жизни, так и в школе Смерти, и… увеличить свой резервуар.

— А вон и Говард, — Сиам кивнул в окно, и я, проследив за его взглядом, увидел кадетов, выходящих из белокаменного дома. — Значит, решил начать вечернюю поверку чуть раньше.

— Я правильно понимаю, что для него это пустая формальность? — уточнил я, с сожалением переводя взгляд на опустевшую миску.

— Как знать, — неопределенно ответил Сиам. — Но неважно, как он к этому относится, главное, как к этому относишься ты.

— Точно, — я достал из Инвентаря две серебряные монеты и поднялся из-за стола. — Никогда не думал, что это скажу, но… хоть я и стал резервистом, кадетом корпуса я быть от этого не перестал.

— Моему учителю понравились бы твои слова, Александр, — невозмутимо кивнул Сиам. — Приходи через два часа после поверки. Вон тот дом с оранжевой крышей.

— Буду минута в минуту, — заверил я мага, оставляя деньги и выходя из-за стола.

Уже на выходе из харчевни, мне в голову пришла очередная идея, и я замедлил ход.

Повернувшись, я пробежался взглядом по харчевне и остановил свой взор на пустой барной стойке.

— Уважаемый Людвиг! Большое спасибо за ужин, — почему-то мне показалось, что поблагодарить трактирщика за еду будет хорошей идеей. — Такого вкусного рагу я ещё никогда не ел.

На душе сразу стало как-то теплее, и я выскользнул из харчевни с вмиг поднявшимся настроением.

Во-первых, говоря про вкуснейшее рагу, я не покривил душой. А во-вторых, очень уж мне хочется наладить контакт с трактирщиком, которого я не могу почувствовать.

Ну, или у кого, хе-хе, не бьется сердце.

Выйдя из харчевни, я направился к Киру и Соне, которые на вытяжку стояли перед менталистом.

Меня они заметили уже на подходе, и их реакция мне не понравилась. Соня посмотрела на меня с настороженностью, а Кир с неприязнью.

Не доходя до менталиста трех-четырёх метров, я перешел на строевой и, чеканя шаг, направился к ребятам.

— Кадет Денебери на вечернюю поверку прибыл! — я застыл перед менталистом и звонко щелкнул каблуками. — Разрешите встать в строй?

— Вставай, — менталист хоть и посмотрел на меня с удивлением, но, тем не менее, кивнул.

Я тут же встал слева от Сони и принялся пожирать начальство глазами.

— Кадет Денебери, — менталист с интересом посмотрел на меня, — наслышан, наслышан. Что заставило тебя прийти на вечернюю поверку?

Странно, но менталист вел себя так, будто ничего не случилось. Он ни слова не сказал про смерть лже-Никанора и про своего лысого сменщика с аурой Смерти…

Причём, раз Говард не спросил меня про Откат, значит он был в курсе, что я его уже прошёл.