— Знакомый, — отмахнулся Бьёрн. — Из полиции. Так, слушай внимательно: счас поедем на место преступления. Ничего не трогай, ни с кем не разговаривай, от меня не отходи. Понял?

— Понял. Он как Антон Иваныч? Из “людей в чёрном”? — после разборок с техноспрутом Бьёрн объяснил, что “люди в чёрном” — это спецотдел, который курирует армию, тюрьмы и всякие государственные учреждения от школ до заводов “Росатома”.

— Не, Лёха из обычных. Поэтому повторяю: ни слова.

Руслан кивнул. Вот это да! Настоящее полицейское дело! Интересно, что случилось? Тут настроение у Руслана испортилось: ведь что бы ни произошло, если их вызвала полиция, значит, кто-то умер или пропал. Вряд ли монстры обокрали квартиру или попались на взятке.

У центрального входа к ним подошёл невзрачный лысеющий мужчина в сером полупальто и чёрных пыльных брюках.

— Здорово!

Они с Бьёрном обменялись рукопожатиями, затем наставник кивнул в сторону Руслана:

— Он со мной.

“Знакомый из полиции” глянул на Руслана, но руки не подал. Коротко кивнул, словно не зная, стоит ли. Бьёрн хмыкнул:

— Человек он, человек. Пошли уже!

И зашагал в сторону проспекта.

— Машина там, за автобусной остановкой, — махнул рукой направо новоприбывший.

Руслан покосился на Бьёрна: интересно, а “ни с кем не разговаривай” распространялось и на этого Лёху? На всякий случай будем думать, что да.

Машина оказалась изрядно забрызганной осенней грязью “тойотой”, когда-то белой, а сейчас полосато-пятнистой почти до самой крыши.

— На Сады поедем, — сказал Лёха, садясь в машину.

Сады — дачный посёлок минутах в двадцати езды от центра города. Огромные яблони, пруды и закаты в полнеба летом — когда Руслан был маленьким, родители снимали там дачу.

Бьёрн сел рядом с водителем, Руслан — позади Бьёрна. В салоне сильно пахло куревом и искусственным кокосом. Вокруг пластинки ароматизатора вился большой прозрачно-синий “комар”. На полу валялась пустая бутылка из-под минералки, на заднем сидении, застеленном клетчатым пледом, покрытым въевшимися пятнами, — помятый кожаный портфель, две пластиковые папки зелёного цвета и журнал с инопланетянином на обложке.

— Что там? — спросил Бьёрн, когда машина свернула с проспекта Победы на улицу Жукова.

— То ли массовое убийство, то ли несчастный случай, — мрачно ответил полицейский. — Двенадцать трупов. Я такого никогда не видел.

Он покачал головой. Бьёрн повернул голову и выжидательно уставился на знакомого.

Тот продолжил:

— Там ещё… это… ну…

Поймал в зеркале взгляд Руслана и спросил:

— Вы совершеннолетний, молодой человек?

Руслан кивнул. Почему-то захотелось прижать к себе сумку с тетрадями, ручками и мешочком с солью.

— В общем, незадолго до смерти покойные занимались сексом. Все, судя по всему. Все со всеми!

Бьёрн присвистнул.

— А что ваши говорят?

— Что пьяные купаться полезли. Нет, бутылок там изрядно валяется, но на двенадцать гуляющих не так чтобы много. Ну и чтоб все разом купаться в такую холодину полезли, а потом утонули — не верю! Потому тебе и позвонил.

— Молодец! — кивнул Бьёрн и молчал до самых Садов.

Алексей тоже молчал. Только когда “тойота” остановилась у высокого красного забора, сказал:

— Я тебя представлю как эксперта со стажёром.

Потянулся назад, протягивая руку:

— Я, кстати, Алексей Бабушкин.

Руслан пожал руку и представился в ответ:

— Руслан Чужих.

Место преступления — пруд за коттеджем. Золотые ивы по берегам, два переносных мангала, потухший костёр, три плетёных кресла и четыре опрокинутых стула. Двенадцать чёрных мешков.

— Это кто такие?

— Я эксперта привёз, помните говорил?

— А, было дело! А мальчишка?

— Стажёр.

Люди во дворе были заняты делами: кто-то фотографировал воду, мебель, раскиданные тут и там вещи, кто-то внимательно разглядывал стаканы и бутылки, кто-то маленькой кисточкой отряхивал чёрную пыль со столика.

Ни единого существа вокруг.

— Там труповозка приехала, — прогудел кто-то.

— Впускай их. Пусть увозят.

Первый стал возражать, но Руслан не слушал. Смотрел на двенадцать больших мешков и никак не мог поверить, что в каждом — человек. Мёртвый человек.

К горлу горько-кислой волной подкатила тошнота. Руслан стиснул ремень сумки.

Из-за спины раздался голос Бьёрна:

— Что видишь?

— Н… ничего…

— Неправильный ответ! Что видишь?

— Мешки… воду. Ивы. Стулья…