Шрифт:
Ты обычно стоишь в стороне,
И огни твои черные светятся.
По твоей персональной вине
Нам нельзя после лекции встретиться.
Я стоял, я смотрел, я глядел.
Ты стояла, смотрела, глядела.
У меня было множество дел,
У тебя вовсе не было дела.
Бросил я курсовую писать,
Не пошел я на три заседания…
Если хочешь – могу показать
Протокол курсового собрания.
Про меня уже все говорят,
Что тринадцать часов опоздания.
Ты учти, что уже деканат
На меня обращает внимание.
Значит, надо к декану прийти,
Обо всем самому позаботиться,
А не то разойдутся пути —
Институт улетит, не воротится.
1954
Вьется речка синей лентой
Вьется речка синей лентой,
Над Москвой встает рассвет…
Что сегодня мы – студенты,
Пусть узнает целый свет.
Нас сюда вели дороги
Изо всех концов страны,
Ведь недаром педагоги
Дружбой верною сильны.
Но настанет расставанье,
Годы быстро промелькнут,
И уйдут в воспоминанье
Пироговка, институт.
Над Москвою солнце всходит,
Золотит наш старый дом…
Пусть любой у нас находит
То, что счастьем мы зовем.
И кого печаль тревожит
Или, скажем, много бед,
Приходите – вам поможет
Наш веселый факультет.
Пусть нам в странствиях нелегких
Вечно светят, как маяк,
Институт на Пироговке,
Наша молодость, друзья.
1954
Мадагаскар [5]
Чутко горы спят,
Южный Крест залез на небо,
Поплыли из долины облака.
Осторожней, друг, —
Ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар.
5
Юрий Визбор считал «Мадагаскар» своей первой песней.
Может стать, что смерть
Ты найдешь за океаном,
Но все же ты от смерти не беги.
Осторожней, друг, —
Даль подернулась туманом,
Сними с плеча свой верный карабин.
Ночью труден путь,
На востоке воздух серый,
Но вскоре солнце встанет из-за скал.
Осторожней, друг, —
Тяжелы и метки стрелы
У жителей страны Мадагаскар.
Южный Крест погас
В золотом рассветном небе,
Поднялись из долины облака.
Осторожней, друг, —
Ведь никто из нас здесь не был,
В таинственной стране Мадагаскар.
1952
Подарите мне море
«Вот вы тоже плавали когда-то…»
Вот вы тоже плавали когда-то.
Сделав ряд «решительных шагов»,
Протирали свой иллюминатор,
Ожидая новых берегов.
По ночам мигали города,
Новых стран красивые названья.
Плыли мы неведомо куда
По путям надежды и познанья.
И когда вокруг полно огней
И не кончен рейс, на корабле
Мы не слишком помнили о ней —
Нами позаброшенной земле.
Мы ушли, и каждый – за своим.
Вот корабль форштевнем воду режет
К берегам пока еще глухим
И, наверно, к милым побережьям.
Но, причалив к вымышленным далям,
Перейдя условные мосты,
Мы однажды с горечью познали
Фикцию кричащей красоты,
Слабость деревянных пьедесталов,
Пустоту, ненужность громких фраз.
Господи! Какой нам показалась
Нами позабытая земля!
Мы рванулись к ящикам почтовым,
Мы в бреду курили по ночам,
Мы на все, на все были готовы,
Лишь бы увидать ее причал.
И ворвался ветер – чист и свеж,
Дней закуролесила вода.
Я держусь за поручни надежд
И до боли вглядываюсь в даль.