Шрифт:
А он тем временем внимательно наблюдал за происходящим.
По своему опыту Чжо знал, что важно было поймать тот момент, когда появится ощущение всемогущества и даже жажды крови, чтобы жестко пресечь его.
И опять помог Кино. Армеец хорошо чувствовал ту грань, за которую нельзя переступать, и одергивал… опять же Андо. Пацаны же… Будто плевать хотели на весь его опыт и ни разу не потеряли голову. Максимум, что было – чрезмерно полагались на магию, но столкнувшись с противником, обладающим антимагической защитой, сразу же сделали выводы.
В общем, если бы не странное поведение пацанов, Чжо был бы счастлив.
Уйдя на первую миссию, они так ни разу и не вернулись в Академию, принимая очередные задания и тут же отправляясь на их выполнение. Где-то они успевали. Где-то единственное, что им оставалось – это месть.
Но этот город был особенным.
Вполне себе профессиональная армия гоблинов уверенно штурмовала местный административный центр, с удовольствием беря в плен девушек. Мужчин, детей и стариков ждала сталь и гоблинская магия.
Это был уже не первый раз, когда им приходилось разделяться, и Чжо особо не волновался. Противник был уже изучен. Варианты противодействия – отработаны. Да и до завершения миссии, начатой четыре дня назад, оставалось немного. Портал они уничтожили. Рабов освободили. Город помогли отбить и уничтожили бульшую часть гоблинов. Оставалось разделаться с двумя отрядами гоблов и можно лететь дальше – на следующее задание.
Чжо стоял на очищенной от трупов площади, наблюдая за снующими по своим делам местными, и пытался понять, что не дает ему покоя.
А там война, там умирают люди,Там злые гоблы, пепел, кровь!Так где же боги, кто же судьи,Когда в разгаре битва за наш кров?Чумазая девушка – видно, помогала тушить пожары – сидела спиной к Чжо, и с грустью смотрела на разграбленный Нижний город, на который открывался хороший вид с ее места. В руках у нее был местный музыкальный инструмент, способный выдавать терзающие уши звуки, но ее проникновенный голос перекрывал все недостатки расстроенной не то лютни, не то гитары.
Одна надежда – наши парниСо злой решимостью в глазах!Прорыв закроют легендарныйСпасут нас всех! Прогонят страх!Чжо с удивлением понял, что у него внутри что-то екнуло, да и остальные парни замолчали, прислушиваясь к льющейся по площади песне.
И каждый выход, как последнийМы верим в них, мы всех их ждем!Вторженье алчных соседейВстречают сталью и огнем!Девушка выплюнула слово «соседей», умудрившись интонацией вложить все свое отношение к лезущей из порталов нелюди.
А там война, там умирают люди,Там Псы и Ксуры, пепел, дым!Так где же боги, кто же судьи,Когда в разгаре битва за наш мир?Сеть Цитадельских телепортов работала исправно, перекидывая в день тысячи беженцев и добровольцев из одной провинции в другую, из периферии в столицу и наоборот. И слухи, кто с кем сражался, расходились быстрее, чем по инфопространству Сети.
И ведь на вид еще мальчишкиС пушком на розовых щекахНо взгляд у них совсем не детский«Сражаться насме-ерть!» плещется в глазах.От пронзительного выкрика девушки у Чжо кольнуло в сердце, а на глазах сама собой проступила влага.
А там война, там умирают люди,Там Псы и Ксуры, рабство и острог!Так где же боги, кто же судьи,Когда в разгаре битва за Поро-ог?Чжо украдкой посмотрел на застывших ребят. Окаменевшие спины. Сжатые до белых костяшек кулаки, вспухшие на скулах желваки.
Когда есть долг – нет в теле боли,Когда есть честь – нет подлости в сердца-ах…С врагом война идет на силе воли…Спокоен будь Порог! В надежных Ты руках!Последнее четверостишие девушка прошептала сквозь слезы, зазвенев в конце своим хрустальным голоском, как напряженная стальная нить, и, уткнувшись в свои коленки, глухо зарыдала.