– Когда все это началось? – поинтересовался у девушки доктор Дэйл.

Оливия нахмурилась.

– Думаю, через два или три дня после похорон матушки.

– И что вы почувствовали? Вы не могли бы описать все это как можно более подробно?

– Ладно, – чуть поколебавшись, сказала Олвия Ролтон. – Как-то утром, проснувшись, я почувствовала невероятную слабость, словно часть моей силы ушла за ночь.

Доктор Дэйл многозначительно взглянул на доктора Хендерсона, а потом снова повернулся к девушке, лежавшей в кровати.

– Доктор Дэйл сказал мне, что обнаружил какие-то отметины на вашем горле, – объявил он. – Не возражаете, если я взгляну?

И, не ожидая разрешения, ловко откинул одеяло, открыв белую шею Оливии Ролтон. С левой стороны горла несчастной и в самом деле темнели две крошечные красные ранки. Доктор Дейл осторожно коснулся их, и мы все увидели, как при прикосновении Оливия вздрогнула всем телом.

– Когда вы заметили эти отметины? – поинтересовался доктор Дэйл.

Но девушка в ответ только покачала головой.

– Не знаю, доктор, я и не знала о них, пока их не обнаружил доктор Хендерсон. Скорее всего, меня укусило какое-то насекомое.

– А скажите мне, вы никогда не чувствовали ночью прикосновений к этим болячкам, на вашем горле? – продолжал расспросы доктор Дэйл.

Оливия Ролтон заколебалась.

– Мне снилось что-то вроде того.

– Что вам снилось?

– Это был просто глупый сон, как большинство сновидений. Мне казалось, что где-то далеко-далеко воют собаки – они каждую ночь воют. И, возможно, из-за этого мне приснилось какое-то странное существо с длинными, острыми белыми зубами. А потом я увидела, как эти зубы приближаются ко мне. Зубы и ярко-красный рот, горячее зловонное дыхание. Кажется, у этого создания были красные глаза, как у дикого зверя. А потом боль в горле. Однако все это происходило во сне.

– И сон этот снился вам только один раз? – поинтересовался доктор Дейл.

– Да. Но разве это не глупость какая-то?.. Но что-то в этом все же есть… Утром, после кошмара, я почувствовала себя намного хуже…

Доктор Дейл не спеша поднялся со своего места. Только глаза его сверкали, и я представлял, в каком волнении он на самом деле.

– Думаю, сегодня вечером мы все эти ужасы прекратим, – заверил он Оливию. – У меня есть сонный порошок, который прекратит все кошмары.

Дейл поставил баночку с порошком и стакан с водой на прикроватный столик. Потом, сказав Оливии несколько ободряющих слов, он откланялся и вместе с Джеймсом Ролтоном, доктором Хендерсоном и мною покинул комнату, оставив Вирджинию Ролтон с её сестрой.

Мы вчетвером спустились вниз по лестнице. Молча мы добрались до библиотеки – роскошной комнаты с высокими книжными шкафами, массивным каменным камином и большими окнами. Только там Джеймс Ролтон нарушил тишину, обратившись с вопросом к доктору Дэйлу.

– Итак, доктор, ваше мнение? Это…

– Это вампиризм, – ответил Дэйл. – Господин Ролтон, без сомнения, жизненные силы вашей дочери и её кровь высасывает вампир. Тот же самый, из-за которого погибла ваша жена.

– Аллина – жертва вампира! – воскликнул Джеймс Ролтон. – Боже мой, Дэйл, что же нам делать? Как сможем мы защитить Оливию от этого ужаса?

– Вначале мы должны узнать, кто высасывает её кровь, – заметил Дэйл. – После этого мы будем знать, что делать дальше. Все вампиры, хоть они и могут бродить ночью в поисках новых жертв, от восхода до заката неподвижные и беспомощные лежат в своих гробах. Когда мы узнаем, кто вампир, мы сможем отыскать днем его гроб и положить конец всем этим безобразиям, вбив в сердце твари деревянный кол и отрубив голову. Только тогда эта тварь и в самом деле умрет.

– Но мы же не знаем, кто напал на мою жену и дочь… кто вампир! – вздохнул Ролтон. – Как мы сможем вычислить его?

– Сможем, – заверил доктор Дэйл. – Ночью мы спрячемся в комнате Оливии и подождем, пока вампир не появится. Оливия же, приняв мой снотворный порошок, будет крепко спать и ничего не узнает. Так что, если вампир в эту ночь явится к Оливии, мы будем наготове и разберемся с ним. А если не сумеем, то мы, по крайней мере, будем знать, кто он, и сможем днем отыскать его тело и уничтожить его.

– Доктор Дэйл, я сделаю все, что вы скажете… я буду сторожить ночью вместе с вами! – объявил Джеймс Ролтон. Лицо его было очень бледным, но решительным. – Я полностью полагаюсь на ваши советы, потому как сам я совершенно беспомощен в этом деле.

– Я тоже буду с вами, – вмешался в разговор доктор Хендерсон. – Так что нас будет пятеро, если посчитать молодого Эдварда Хармона, который скоро прибудет.

– Он – жених Оливии? – поинтересовался доктор Дэйл. – Этого должно быть достаточно.

– А теперь приглашаю вас отобедать, – подытожил Ролтон. – И, конечно, мы не станем ничего говорить Оливии, Вирджинии и слугам…

Обед в этот вечер получился не слишком веселым. Устроили его в мрачной столовой Ролтонов. Мы все, кроме Вирджинии Ролтон, которая, судя по всему, еще до конца не пришла в себя после смерти матери, вели себя довольно сдержанно, готовясь к предстоящему ночному бдении.