Нэйрана Грестос задумчиво посмотрела на дочь.

– Хоть целители и говорят, что ты здорова...
– начала было она.

– Мам, я скоро тут выть начну, - обвела жестом спальню Юлиса.
– А маячить с такой рожей публично... А в Академии... Там теперь всем не до этого.

Императрица поморщилась от такого выбора слов.

– Ты понимаешь, что это будет другое... другая Академия?
– спросила Нэйрана Грестос.

– Конечно, я же читала, - ответила Юлиса.
– Антария там. Поможет втянуться.

– Там фактически Учебный Легион, ты осознаешь это?
– еще раз уточнила императрица.

– Мам, да хоть Стена, - ответила принцесса.
– И к тому же, я просто начинаю чуть раньше, вот и все.

Нэйрана Грестос посуровела лицом.

– Хорошо, Юлиса, - сказала она.
– Но. Если поедешь туда, то обратно только весной.

– Знаешь, хотелось бы даже не весной, - ответила принцесса.
– Антария хотела поехать в Та-Релию. И я бы хотела поехать с ней.

Императрица подошла к дочери. Посмотрела в ее глаза.

– В этом нет необходимости, - произнесла она.
– Сейрусы уже проявились. Но если такого твое желание...

– Оно именно такое, мам, - твердо ответила Юлиса.

Сабрина Велакрус, прочитав письмо императрицы, отложила лист и внимательно посмотрела на Юлису Грестос.

– На общих основаниях?
– спросила глава.

– Точно так, — коротко ответила принцесса.

Свет от окна падал так, что целая часть лица была немного в тени. А вот пострадавшая была видна со всей четкостью. Веко, словно лоскут неровно сшитой ткани, бугристая кожа, только начавшие пробиваться волоски брови. К тому же очень короткая прическа. Сабрина, сама почти год ходившая со шрамом на лице, принцессе сочувствовала, но...

– Вы понимаете, ваше высочество, что вам придется очень сложно?
– произнесла Велакрус.
– Ученики проходят новую подготовку уже больше двадцати дней. Разрыв, конечно, не радикальный. Но, как вы понимаете, вы будете новым человеком среди уже сложившегося коллектива.

– Ну, не таким уж и новым, - голос Юлисы был сиплый, словно слегка надсаженый.
– Мы прожили с Антарией вместе два года.

– Это будет не Юлисанский Корпус, ваше высочество, - заметила глава.
– Вы будете жить не в отдельной комнате, а в общем расположении. Таковы новые правила пребывания учеников.

– Антария писала мне, я знаю, - ответила сипло Юлиса.

Велакрус вздохнула. А потом заговорила деловитым тоном.

– До того, как вы будете зачислены, вы пройдете целителей, - произнесла глава.
– Простите, но тут не госпиталь. И я должна быть уверена, что вы выдержите физические нагрузки. Поверьте, сейчас они весьма серьезные.

– Разумеется, - кивнула принцесса.

– Тогда сейчас вы должны проследовать в канцелярию, - тон главы сделался сух.

Собственно, он стал командирским. Она открыла лежащую перед ней папку с делом ученицы Грестос.

– В связи с вашим ранением, вы имеете право, как ученица Юлисанского Корпуса, на переход в Гвардейский Корпус после официального установленного срока, - продолжила Велакрус и что-то написала в деле.

Пододвинув его Юлисе, она пришурившись посмотрела на принцессу.

– Общие основания, госпожа Грестос, не подразумевают, что к вам будут относиться как к остальным, - произнесла глава.
– К вам будут относиться особенно пристрастно, именно из-за вашего титула. То, что кому-то другому могут простить, с вас будет спрашиваться вдвойне. Это касается как обучения, так и физической подготовки. Теперь скажите, ваши ранения не скажутся на этом?

– Я здорова, - сухо ответила Юлиса.
– Иначе целители обязательно бы нажаловались и меня бы никуда не отпустили.

– Тем не менее, наших целителей вы обязаны пройти, такова процедура, - сказала глава.
– Вы свободны, госпожа Грестос.

Юлиса поднялась, вытянулась.

– Разрешите идти?

Едва Юлиса вышла из здания канцелярии, как буквально перед ней пронеслись ученики. Которых, кстати, уже одели в полевую легионерскую форму. И теперь было совершенно не понятно, кто тут одаренный, а кто нет. Все были одеты одинаково.

Сбоку от учеников бежали инструктора. Юлиса узнала Саэту Айфолен, Кариэн Вераннар... И Тайфола. Тут девушка поймала себя на том, что неосознанно повернула лицо здоровой стороной. И нахмурившись, вскинула голову и посмотрела прямо.