– Алохомора!

Снова и снова вспышки-молнии, бьющие в равнодушное дерево. И опять никакой реакции. В конце концов, прищурясь, он послал в дверь Взрывное заклинание. Она оставалась глуха ко всему.

– Да пошли вы все… - пробормотал Сириус, с усилием притупляя ярость, чтобы не начать крушить все подряд.

Вернулся к окну и нетерпеливо открыл его. Высунул голову, осмотрелся. Нечего даже и думать, что покинуть дом можно таким способом. Он все-таки не самоубийца, чтобы прыгать с четвертого этажа. Впрочем, даже через окно не получилось бы: на него были наложены несильные, но действенные чары, которые просто-напросто отпружинили бы человека обратно в комнату.

– Ну что, дорогая мамочка, неужели ты думаешь, что обхитрила меня?.. Это вряд ли…

Еле сдерживая свою бурлящую где-то внутри ярость, он лег на кровать с намерением дождаться утра. Другого выбора у него все равно не было. А утром уж как-нибудь выберется отсюда. Не будет ведь мать в самом деле держать его взаперти…

Несмотря на собственное обещание не спать, Сириус сам не заметил, как задремал. Проснулся он внезапно, словно кто-то его разбудил, и резко открыл глаза. За окном стояла глубокая ночь и в спальне было очень тихо, так же как и во всем доме. Но все же его слух уловил едва различимый шорох. Сон окончательно слетел с Сириуса. Парень поднялся с кровати и уверенным, хотя и неслышным, шагом подошел к двери.

– Кто здесь?
– негромко спросил он, не сомневаясь, что звук ему показался.

Тишина. Затем, когда он решил вернуться на кровать, шорох повторился.

– Эй! Кто это?
– снова спросил Сириус, на этот раз нетерпеливо.

– Это я, Регулус, - послышался шепот с той стороны.

– Рег?
– искренне удивился он.
– Ты чего там делаешь? Меня караулишь? Зря, дверь заперта, мать, наверное, постаралась.

– Нет, я не караулю, - торопливо проговорил младший брат.
– Я наоборот…

К еще большему удивлению Сириуса, в следующий момент дверь с легким щелчком приоткрылась. На пороге показался Регулус, держащий в руке свою палочку. На его лице, обычно хранящем маску невозмутимого спокойствия, сейчас виднелось отчетливое волнение.

– Ты чего по ночам ходишь?
– поинтересовался Сириус, еле скрывая радостное возбуждение от маячившей впереди скорой свободы.
– Не спится, что ли?

Регулус был в пижаме, словно только что встал с постели, но без следов сонливости на лице.

– Я хотел… - нерешительно пробормотал он, переступив с ноги на ногу.
– То есть…

– Что ты там бормочешь?

Будто наконец собравшись с духом, он посмотрел Сириусу прямо в глаза.

– Ты правда хочешь уйти?
– Его взгляд метнулся в спальню, где возле кровати из темноты проступали собранные вещи Сириуса.
– Из дома? От мамы, от всех нас…

Сириус некоторое время молчал, изучая брата.

– Да, мама строга, но ты ведь знаешь ее… Она хочет, чтобы ты был как мы…

– Вот именно!
– резко сказал тот.
– А я этого как раз не хочу. Мне все это осточертело. Ос-то-чер-те-ло, - по слогам повторил Сириус.
– И если ты пришел сюда уговаривать меня остаться, то зря вылез из теплой кровати.

Прикусив губу, Регулус опустил голову, будто слова брата доставили ему неожиданную боль.

– Наверное, все-таки не зря… Я же понимаю, что ты все равно рано или поздно уйдешь… и… вот, - с некоторой неловкостью закончил он.

– Что - вот?

– Можешь идти.

Сириус слегка потряс головой, проверяя, не снится ли это ему. Чтобы тихоня Регулус да пошел против воли матери?

– Ты меня разыгрываешь, - усмехнулся он и потрепал брата по плечу.

– Нет, не разыгрываю. Если не веришь, могу прямо сейчас исчезнуть.

Не успел Сириус и глазом моргнуть, как Регулус шмыгнул через темный коридор и скрылся за дверью своей спальни. Прошла целая минута, прежде чем Сириус пошевелился.

– Да верю я тебе! Эй, Рег!

Тот не отвечал. Смысла что-то выжидать не было, и Сириус, больше не теряя времени, подхватил сундук вместе с метлой и бросился к лестнице. Лишь на мгновение притормозил у комнаты брата.

– Гм… Спасибо, Регулус! Все-таки ты умеешь принимать собственные решения.

За дверью завозились, но он, перескакивая через ступеньку, уже заспешил вниз. На третьем этаже замедлил шаги, чтобы ненароком разбудить мать, и буквально скатился в тускло освещенный холл. При появлении старшего наследника портреты предков на стенах слегка оживились. Но Сириус даже не обратил на них внимания, которое, однако, привлек кое-кто другой. Едва он пересек холл, намереваясь также незаметно исчезнуть в ночи, возле стены раздался скрипучий голос.