– Привет, Миш!
– оглянувшись за спину, Илларион зашел в офисное пространство Михаила - пойдем что ли, покурим?

– Ларри.., друг, что-то не охота курить..., башка болит ужас!

– Понимаю, Михель!!!
– заговорщески подмигнул Илларион, оттягивая рубашку из штанов. За ремнем была засунута непочатая бутылка портвейна.
– Пойдем же вздрогнем по чуть-чуть! Наполним жилы смыслом!!!

– Ооох.., искуситель!!
– а ведь и правда, очень этого хотелось, полстакана было мало, а тут еще такие новости.
– Только немного!

– Да ты что Миха, это просто компот!!! Через пять минут в туалете!
– еще раз многозначительно подмигнул Илларион и гордо удалился.

– Ну что Жора? Еще поработаешь?
– взял со стола кружку и сунул в карман, открыл ящик и вытащил половину шоколада, завернутую в фольгу. У монитора стоял сувенирчик в виде китайского болванчика, голова которого осуждающе качалось после пинков по корзине.
– Не тебе меня судить!!!

* * * * * * *

– Ну обидно же Ларик!!! Десять лет я работаю на этого дебила! И вот благодарность...
– ударил по двери в сердцах Михаил. В сливном бочке, не останавливаясь, журчала вода, унитаз был накрыт стульчаком и заменял импровизированный стол, на котором стояли бутылка портвейна, две кружки и раскрытая на фольге шоколадка - ... Какая-то давалка поработала ртом и вот...

– Может, тебе тоже попробовать?
– прищурившись, предложил Илларион, фокусируя взгляд.

– Что попробовать?
– не понял Михаил.

– Поработать ртом...
– заулыбался гений поэзии.

– Ларик, ну не смешно...

– Да ладно..., ну что, вздрогнем?
– наливая в кружки портвейн, предложил Илларион.

– Эх, жизнь моя жестянка...
– выдохнул Михаил подымая кружку, и жестом показывая тишину, тихо чокнулся об кружку Иллариона - За справедливость!!!

– И за женщин, которые сидят дома!
– поддержал Михаила Илларион, резким движением опрокидывая содержимое кружки в рот.

Покряхтев после выпитого, оба задумчиво уставились на ведро с отработанной туалетной бумагой, да, иногда мусор навевал мысли...

– Знаешь, Ларри, а ведь мне уже так надоело заниматься всякой ерундой..., охота чего - то яркого...
– парочка комков бумаги были яркими..., свекла что ли?
– ... а то пишу серость и бред, сижу на окладе..., для чего. Ларри? Ну, объясни???

Илларион был шикарным собутыльником и собеседником, по трезвости он любил побеседовать, и даже подискутировать, но после каждого глотка спиртного, в мозгу Иллариона происходило что - то странное. Все слова забывались, но слушать он мог, что и делало его прекрасным собеседником..., ну слушателем. Иногда уметь выслушать было важней, если вид иметь при этом мудрый и все понимающий.

– Нууууууу ...
– пробубнил Илларион, почесывая затылок и выдыхая пары портвейна.

– Вот и я о том же!
– не дослушал Михаил - И ведь у меня законченные два романа есть, а я тут парюсь.., в этом вшивом журнальчике. Мне тридцать три года, великий дядька в этом возрасте умер, спасши весь мир по ходу дела.., а я? Что сделал я???

– Иногда важней, что сделала она в свои двадцать лет...., и как она это делала..., эхх я бы посмотрел на эту картину....
– мечтательно закатил глаза Илларион..., да, иногда у него получались прорывы трезвости во время угара.

– Эх Ларик, Ларик...
– вздохнул Михаил, ну конечно двух романов у него не было, только мечты о них, но три десятка рассказов и одна повесть были даже напечатаны...., правда все про доблестную милицию и хороших бандитов..., жанровые так сказать, нужные для рубрики. Но ведь по пьяни можно и приукрасить чуток, благо всегда можно сказать, что ты их сжег на крайний случай.
– Я бы тоже глянул на эту картину...

Илларион заржал своим козлиным смехом, Миша тоже не удержался и поддержал гоготом собутыльника. И все таки после портвешка стало проще и веселее, и вообще, когда есть кто-то тебе сочувствующий.....

– Ээй, вы там чего???
– неожиданно раздался женский голос за дверью, и ручка от замка стала дергаться в попытке открывания.

– Ой, бл*ть...
– выдохнул тихо Михаил, прикрывая свой рот. Смех пропал быстро и бесповоротно.

– Миша? Илларион? Вы там что-ли?
– женский голос был догадлив сверхъестественно.

– Марья Ивановна выходим, две минуты!!!
– отпираться не было смысла, и Михаил схватил бутылку и разлил остатки по кружкам, и уже более тихо, предложил Иллариону: - Ну, давай по бырому и валим!

– Две минуты, две минуты..., вы уже совсем обнаглели, с утра устраиваетесь....
– под аккомпанемент женского голоса Михаил и Илларион допили портвейн и проглотили шоколад - ... вы мальчики совсем не уважаете чужой труд, гадите и гадите. Люди хотят убирать ваше гавно, а вы и это не даете делать.....

Наконец туалет они открыли перед носом женщины предпенсионного возраста, стоящей в синем рабочем халате и держащей на перевес швабру с ведром. Её взор был полон укора и негодования.

– Марья Ивановна, извините, но мы умирали...
– виновато потупив глаза, извинился Илларион, проскакивая мимо женщины и поправляя пустую бутылку в кармане.