— Это был друг моей сестры.

— Я не имел к этому никакого отношения. Поверь мне, — сказал Терикс. — Мы не все такие кровожадные.

Сумрак вспомнил тот ужасный птичий хор на рассвете, который звучал после того, как они убили Эола.

— Твоя мать выглядела довольно кровожадной, когда она гнала меня прочь.

— Она защищала меня, — сказал Терикс. — Любая мать сделала бы то же самое. В конце концов, ты был на нашей территории.

— А теперь ты находишься на моей.

— Знаю, но я пришёл сюда, чтобы кое-что тебе сообщить, — голова Терикса дёрнулась из стороны в сторону, словно убеждаясь, что за ними никто не следит. — Надвигается нечто опасное.

Сердце Сумрака забилось:

— Это на острове?

— На материке.

— Это ящеры?

— Нет. Фелиды. Большая группа мигрирует вдоль береговой линии.

— А что это за существа? — спросил Сумрак. Он никогда не слышал о фелидах.

— Звери, — сказал ему Терикс.

Сумрак с облегчением выдохнул. Дружественные звери.

— Почему они должны быть опасностью?

— Они охотятся на других зверей, — ответил Терикс.

— Но это же не позволяется! — воскликнул Сумрак. — Это правда?

— Кроме того, они нападают и на птиц. Они поедали яйца из наших гнёзд. Думаю, это могло быть одной из причин того, что моя стая убила вашего детёныша. Они беспокоятся из-за того, что вы, рукокрылы, можете начать делать то же самое.

— Но мы никогда не пытались поедать ваши яйца!

— Я знаю, — ответил Терикс. — Но моя стая напугана. И вам тоже стоит бояться их. Эти фелиды — чудовища.

— Они большие? — спросил Сумрак, пытаясь заставить свой голос не дрожать.

— Крупнее нас.

— Но на острове мы будем в безопасности, — с надеждой сказал Сумрак.

— Если только они не решат переправиться сюда.

— Однако это сложно сделать, — Сумрак вспомнил, что рассказывал ему отец. — Песчаный мост остаётся над водой недолго. Возможно, они даже не заметят его.

— Это зависит от того, насколько они наблюдательны, — ответила птица.

— Вам хорошо, — сказал Сумрак, внезапно ощутив обиду. — Всё, что вы должны будете сделать — это улететь, если они придут.

— Вы тоже можете улететь.

— Мне это запрещено, большое вам за это спасибо. Но в любом случае, я единственный, кто умеет летать.

— А мы не сможем забрать с собой наши гнёзда, — заметил Терикс.

— Это точно, — сказал Сумрак, пожалев о том, что не сдержался.

— Я рассказал тебе, потому что хочу, чтобы вы были готовы. На тот случай, если они придут, — сказал Терикс. Его голова нервно дёрнулась. — А сейчас мне пора уходить.

— Погоди-ка. А почему ты рассказал мне обо всём этом?

— Вчера я видел, что ты остановил других от убийства яиц.

Сумрак напрягся. Он так сильно надеялся, что этого никто не видел.

— Не беспокойся, — быстро чирикнул Терикс. — Я больше никому не сказал.

Сумрак сглотнул. Если бы птицы узнали, наверняка случилось бы ещё больше нападений, а возможно, даже война.

— Они были друзьями рукокрыла, которого убили, — сказал Сумрак, чувствуя, что должен объяснить это. — Они хотели отомстить, поэтому решили действовать самостоятельно. Наш предводитель не просил их делать это.

— Понимаю. Спасибо, что остановил их, — ответил Терикс; вспорхнув, он скрылся среди ветвей.

— Папа, я снова говорил с птицей, — спокойно сообщил Сумрак Икарону. Было уже около полудня, и он нашёл отца одного в гнезде.

— Ты искал его? — резко спросил Икарон.

— Это он нашёл меня, — быстро ответил Сумрак. — Я никогда не оставлял нашей территории. Он слетел вниз, чтобы сообщить мне, что они видели нечто опасное на подходе к острову. Группу животных под названием фелиды.

— Я хорошо знаю их, — сказал Икарон, не выказывая ни малейшего признака беспокойства.

— Знаешь?

— Конечно. Они — активные участники Договора. Они — наши союзники.

— Ой, — Сумрак почувствовал облегчение и ему даже стало немного смешно. — Но птица сказала, что они охотились на других зверей.

Отец пренебрежительно хрюкнул.

— Ни один зверь никогда не поедал плоть других зверей, кроме падали. Я бы не стал уделять внимание словам этой птицы. Мы видели, на какое предательство они способны.