Чужестранец

И что? У вас никто не шелохнулся?

Петро

Две распри, брат, у нас за год случились.

И что же? Ляхи быстро всё узнали;

Переловили, повязали, дали

Знать старосте, – и смерть там им была.

Надеялись и мы, было, на друга, –

Того уж нет!..

Чужестранец

Да на кого же это?

Петро

Вот на того Лысенко, о котором

Ты говорил. Всё потому, что он,

Ты знаешь, Человек! И он известен

И в нашем городе. Вот уж лет пять,

Как слава ходит про него, а сам он

Не появляется, от нас он удалился.

Он был казак и невзлюбил ярма,

Когда Господь нам бедствие послал.

Так он не выдержал, собрал немногих

Доставив ляхам много огорчений.

Но были силы не равны. А ляхи

В сто раз превосходили нас числом.

Они их окружили, и с Лысенко

Все казаки – товарищи его

В подвале оказались у врага.

Вот староста велел к себе доставить

Лысенко и допрашивал его.

А тот, с ним говоря, схватил оружье,

За поясом висевшее, и сделал

Смертельный выстрел и – в окно, за ним

Толпа поляков жадно устремилась,

Кричат, кричат, – но равнодушен он

К угрозам их, проклятиям различным.

И, добежав до Альты берегов

Крутых, он в реку кинулся бесстрашно,

И ядра с пулями, как град, с брегов

Посыпались. Господь помог ему,

Ничто его не тронуло, на берег

Другой он выбрался себе счастливо.

Мы с той поры не видели его.

Искали ляхи, сто червонцев с чем-то

Сулили за поимку, только зря.

И ходят слухи промеж нас, что он

Ещё воюет, истребляя ляхов.

И поговаривает наш народ,

Что не забыл он нас и, может быть,

Придёт освободить нас. Эх ты, братец!

Надежду мы, конечно же, имели,

Но та надежда умерла давно.

Чужестранец

К чему ж?

Петро

Не слышал разве о причине,

Что с ним была: бедняга воевал,

Но уж довоевался. Вишневецкий

Поймал его в Немирове, сказали…

Не знаю, – говорят, а может, – ложь...

Должно тебе известно быть то лучше.

Чужестранец

Да, слышал я... Молва носилась всюду.

Звонят.

Петро

Ну, слава Богу!

( Снимает колпачок и крестится).

Всё ж, видимо, отец наш Анастасий

Уговорил евреев; разрешили

Служить. Вчера бедняга целый день

У прихожан монеты собирал.

Еврей за службу каждую сдирает

По полдесятка золотых. Ну вот,

Теперь то, может быть, ещё удастся

В день Воскресения устроить службу Богу.

Как вспомню прошлые свои я годы,

То сердце изнывает. Было время!

Коль удостоит нас Господь дождаться

Святого Воскресения, уж точно

Обрадуется весь крещёный мир.

Всё будет радостно и славно, если

Настанет этот день, тогда и я

Печали всякие и горе позабуду.

Вокруг не будет уж угрюмых взглядов,

Все искренне Творца восславят здесь.

А что теперь! О Боже милосердный!

Зачем гоненье нам послал такое!

( Вздыхает).

Сцена II.

Прибегает Опанас, горько плачет и причитает.

Опанас

Ох, дядька! Ох, головушка моя!

Петро

Господь святой с тобой, мой Афанасий!

Опанас

Ох, дяденька-голубчик! Ох, беда!

Беда, что и не скажешь!.. Взяли мать...

Петро

Кто? Как? Куда?..

Опанас

Да, к старосте жолнеры повели;

Сказали: всё равно умрёт без хлеба.

Петро

Ох, Богородица!

Опанас

Ох, дяденька, беда!

И говорил же: « Мама, ну его!

Ну что, как сатана какой изыйдет»?

« Нет, – говорила, – ты их напугал:

Сейчас к нам не зайдут».- Вот нам и праздник

Беда нам нынче, горькая беда!

Петро

Что ж приключилось? Говори ж скорее!

Опанас

И все за куличи! Печь захотелось!

Молил я Богом, что б того не делать!

Что ж? Не послушала. Как я и говорил,