– Здесь одна дорога, - проворчал Вульф.

– Надеюсь, вы не забыли опознавательные знаки? Наши чудные повязки, которые мы приготовили накануне? Куда же я положил свою? – и барон принялся озабоченно рыться в седельной сумке.

Вульф протянул ему повязку.

– Возьмите и успокойтесь.

– О, благодарю вас, дорогой мой! Как это мило с вашей стороны!

– У меня есть ещё.

– Прекрасно, - весело сказал барон, пристраивая тряпицу за отворот сапога, и улыбаясь хмурому спутнику, - теперь мы во всеоружии.

Тот опять тяжело вздохнул. Отъехать подальше от навязанного его попечению болтливого товарища не позволяли указания господина, которые он привык исполнять неукоснительно. А отстать хотя бы на полкорпуса от надоевшего хуже горькой редьки барона не получалось - тот каждый раз незаметно оказывался рядом с ним.

– Ну, что же, - продолжил барон, не замечая скучного вида товарища, - теперь недурно бы освежить в памяти наши действия. Итак, мы выезжаем на дорогу, как вы любезно заметили, - он кивнул в сторону покривившегося Вульфа, - она тут одна. Затем поджидаем, пока не покажутся люди гильдии, везущие наш драгоценный груз...

Сопение Вульфа заглушило последние слова барона. Он оглянулся по сторонам, и недовольно проворчал:

– Можно говорить потише, драгоценный друг?

Тот моргнул, оглядываясь по сторонам. Немного понизив голос, продолжил жизнерадостно:

– Вы правы, мой друг, вы правы! Итак, мы дождались нашего... наших друзей из гильдии. Мы выезжаем к ним навстречу, предъявляем наши чудесные повязочки, по которым они нас узнают...

Его спутник фыркнул.

– И присоединяемся к ним, сопровождая... сопровождая их до условленного места. Где нас встречает высланный нам навстречу патруль. После чего любезно прощаемся с гостями и отпускаем их восвояси. Не так ли?

Вульф опять фыркнул, вертя головой в шлеме и проводя пальцем под тесным ремнём крепления.

– Ну, вы и шутник, ваша милость.

Ноэль приподнялся на стременах, вглядываясь вперёд. Цепочка всадников остановилась. Проводник отвёл в сторону руку, растопырив пальцы и делая отмашку ладонью.

– Что там? – с беспокойством спросил Леонел.

Ноэль опустился в седло. Сказал озабоченно:

– Проводник говорит, что впереди два десятка кавалеристов.

– Вы уверены?

– Я знаю эти жесты с детства. Не зря я вырос в этих горах.

Торопливо подскакавший к ним средних лет человек, чьи слегка поседевшие, подстриженные на особый лад усы выдавали бывалого кавалериста, сидевший на крепком вороном коньке как влитой, почтительно наклонился к своему предводителю:

– Это не военные. Но хорошо вооружённые, и все крепкие мужчины. Сейчас будут здесь.

– Хорошо, Эд.

Граф, не говоря больше не слова, сделал знак своим людям. Всадники перестроились. Едва слышно защёлкали взводимые затворы.

Вскоре в просветах между деревьев показались двигавшиеся навстречу по узкой извилистой дороге всадники. Завидев отряд, они придержали коней и остановились. Вперёд выехал человек, из-под его тёмного плаща виднелась кожаная куртка, перетянутая ремнями портупеи, к портупее пристёгнут внушительного вида палаш. Оглядел ближайших всадников и сказал хриплым, грубым голосом:

– Где ваши повязки?

Граф, подавши свою лошадь немного вперёд сквозь расступившееся сопровождение, ответил:

– Я не нуждаюсь в опознавательных знаках, чтобы ездить по своей земле, любезный. Представьтесь, или мы выясним вашу личность сами.

Человек выпрямился в седле, впившись взглядом в заговорившего с ним. Лошадь его беспокойно переступила ногами. Не отвечая, оглянулся назад. Обернулся, и ответил совсем охрипшим голосом:

– Мы ждём здесь наших друзей, они должны доставить нам товар. Если это не вы, то разъедемся подобру-поздорову.

И он толкнул лошадиные бока, подаваясь с тропы в сторону. Его товарищи позади тронули лошадей, поворачиваясь и как бы невзначай кладя руки на рукоятки пистолетов и висящих у пояса сабель.

– Стоять! – резко скомандовал Ноэль, поднимая руку. Сказал тихо, коротко Леонелу: - Их не так много. Держитесь рядом.

Хриплый развернулся, распахивая плащ. Тускло блеснули дула пистолетов. Раздавшийся выстрел эхом прокатился по тропе, поднимая с ветвей деревьев вспугнутых птиц. Пуля отщепила кусок коры с древесного ствола над головой Леонела. Граф выкрикнул команду, выхватывая из ножен шпагу и очертив в воздухе свистящий полукруг. На голову его спутника посыпались разрубленные сосновые иглы.