Шрифт:
Не найдется двух людей на свете, которые бы видели третьего одинаково.
Нежность — самый кроткий, робкий, божественный лик любви? Сестра нежности — жалость, и они всегда вместе.
Никогда мы не знаем, что именно может повернуть нашу жизнь, скривить ее линию. Нам это не дано.
Никогда не показывайте, что вы умнее ребенка; почувствовав ваше превосходство, он, конечно, будет уважать вас за глубину мысли, но сам сейчас же молниеносно уйдет в себя, спрячется, как улитка в раковину.
О, богатые возможности, дивные достижения таятся в слове…
Раз человек нашел свое призвание, пусть жертвует для него житейскими мелочами.
Революция — сверкающая прекрасная молния, революция — божественно красивое лицо озаренного гневом Рока, революция — ослепительно яркая ракета, взлетевшая радугой среди сырого мрака!..
Самая существенная разница между свадьбой и похоронами та, что на похоронах плачут немедленно, а после свадьбы только через год. Впрочем, иногда плачут и на другой день.
Свобода законна.
Воля ни с чем не считается.
Свобода есть гражданское состояние человека.
Воля — чувство.
Семья — это государство в миниатюре.
Современная жизнь трудна и сложна. Современный человек и в любви стремится прежде всего утвердить свою личность.
Страх смерти преодолевается разумом и верой.
У философов и детей есть одна благородная черта — они не придают значения никаким различиям между людьми — ни социальным, ни умственным, ни внешним.
Что такое революция? Это переворот и избавление.
Но когда избавитель перевернуть — перевернул, избавить — избавил, а потом и сам так плотно уселся на ваш загорбок, что снова и еще хуже задыхаетесь вы в предсмертной тоске, то тогда черт с ним и с избавителем этим!
АДАМОВИЧ АЛЕСЬ
Алесь Адамович (1927–1994) (настоящее имя Александр Михайлович). Русский и белорусский писатель, литературовед. На русском языке написаны широко известные произведения «Хатынская повесть», «Каратели», совместно с Д. Граниным «Блокадная книга», роман-дилогия «Партизаны».
В бюрократической машине заложено это — абсолютная расчеловеченность.
В Чернобыле взорвался весь тот бардак, который пытаемся ликвидировать. Прошлое.
Вот и еще особенность нашего времени: презирать писание ради литературы, хотя и помнишь, и соглашаешься <там> с Белинским, что у настоящей литературы цель — сама литература, художественность, а остальное приложится. Но слишком противны эти наши самодовольные деятели литературы сегодня, а потому и их литература, даже если и не лишена чисто литературных достоинств.
Гласность — это не только право общественности критиковать, но и право дождаться вразумительного ответа, объяснения сверху.
Если насилие — повивальная бабка истории, то еще вернее, что сегодня оно скорее — могильщик истории!
Именно так это бывает: ослепляют не чьи-то достоинства, а собственная жажда любить, вдруг вырывающаяся из нас вот таким ищущим лучом. В человеке любовь созревает, как плод.
Как нелегко было оставаться человеком в нечеловеческих условиях.
Как часто бывает, уцелели самые слабые и беспомощные: жизнь порой прячется в оболочке, где ее меньше всего рассчитывает отыскать смерть.
Любовь бывает разная и у всех по-разному, но ее неотъемлемый признак — именно категоричность. И самая категоричная — первая любовь.