Таким образом, есть все основания говорить о важной «российской стороне» научной деятельности Поппера и всей его жизни. Она представляется существенно более значительной по сравнению с тем, что сказано о ней в предыдущем абзаце. Во-первых, поскольку философские и логические сочинения Поппера дошли до русского читателя в авторском изложении сравнительно недавно, остается задача глубокого их освоения и использования в разрабатываемых в России философско-логических концепциях. Во-вторых, — и это следует особо подчеркнуть, — социологические воззрения Поппера тесно переплетаются с современными российскими политическими и социально-экономическими проблемами, и анализ этих воззрений и приложение к современной ситуации в России многих содержащихся в этих воззрениях идей оказывается весьма актуальным. (3, с. 12-13)

Понятия «логика социальных наук» и «логика социального исследования» прочно вошли в социологическую литературу минимум семьдесят — восемьдесят лет тому назад, а эпизодически употреблялись и раньше, например, на рубеже XIX и XX веков Г. Тардом в его исследовании «социальной логики» и другими социологами. Следует, правда, сразу же отметить, что слово «логика» в названных и аналогичных словосочетаниях используется не в строгом смысле формальной логики, то есть множества правил достоверного вывода, обеспечивающих получение истинных следствий из истинных посылок, а в более широком значении — как анализ и обоснование совокупности правил, методов, процедур и т. и. проведения социологических исследований, иначе говоря, не только и не столько как логика в строгом смысле, сколько как методология социальных наук. В этой области правила формальной логики являются, конечно, обязательно применимыми, как и в любой другой научной и не только научной, но и обиходной сфере, но не на их дальнейшее развитие направлена «логика социальных наук», а на логикометодологическую разработку форм, методов, процедур, этапов и т.п. социологических исследований. Поэтому точнее было бы говорить не о «логике социальных наук», а об их методологии, которая, конечно, включает в себя и соответствующие разделы логики.

В этом уточненном смысле «логика социальных наук» является существенным и неотъемлемым аспектом любой социологической теории и любого социологического направления, и ее история совпадает с историей социологии в целом. Во всяком случае уже О. Конт (1798-1857), общепризнанный создатель социологии, в своих исследованиях социальных систем, социальной статики и социальной динамики неоднократно обращался к обсуждению вопросов методов и способов социологического исследования и тем самым затрагивал вопросы «логики социальных наук». Так было бы на всех остальных этапах почти что двухсотлетней истории развития социологии, временами — особенно на первых порах — без использования термина «логика» (что не столь существенно), а позднее с явным обращением к специальной логической терминологии (4, с. 35-36). <...>

Важнейшим достоинством попперовского варианта логики социальных наук является то, что она разрабатывалась им в контексте современной формальной логики и в рамках выдвинутой им концепции логики научного исследования. <...> Поппер формулирует основы своей логики научного исследования: познание не начинается с восприятий или наблюдений; оно начинается с проблем; мы предлагаем пробные решения наших проблем, подвергаем их критике по существу вопроса, если некоторое пробное решение опровергнуто, мы его отвергаем и пробуем другое решение, и т.д. В шестом, главном тезисе этой статьи Поппер убедительно показывает, что разработанный им и только что изложенный в самых общих чертах метод научного исследования есть в равной мере и метод естественных, и метод социальных наук. Тем самым обосновывается логико-методологическое единство процесса познания, что делает теорию Поппера конструктивной и весьма эффективной.

На основе принципа единства познания Поппер решает и другую кардинальную проблему эпистемологии — проблему объективности научного познания. В противовес глубоко ошибочному, с его точки зрения, методологическому подходу натурализма, утверждающему, что естественно-научное познание, основывающееся на наблюдениях, измерениях, экспериментах и индуктивных обобщениях, объективно, в то время как социальные науки ценностно-ориентированы и поэтому необъективны (как известно, такая позиция стала в XX веке чуть ли не общепринятой), Поппер убедительно показывает, что «совершенно неверно считать, что объективность науки зависит от объективности ученого. И совершенно неверно считать, что позиция представителя естественных наук более объективна, чем представителя общественных наук. Представитель естественных наук так же пристрастен, как и любой другой человек», иначе говоря, он так же не свободен от ценностей, как и представитель социальных наук (4, с. 37). <...>

«Самая важная функция чисто дедуктивной логики — быть органом критики». В последующих тезисах 16-19 Поппер дает пояснения этого тезиса. Здесь мы несомненно имеем дело с его важным нововведением: традиционно дедуктивная логика считалась методом доказательства и обоснования. Поппер добавляет к этим ее функциям критическую задачу и, вне всякого сомнения, открывает новый важный аспект дедуктивной логики. Логика как органон критики оказывается органически вплетенной в любое научное исследование, в частности социологическое. Необходимо отметить, что критическое мышление, основы которого были заложены Поппером, оказалось одной из активно разрабатываемых научно-исследовательских программ во второй половине XX века, часто даже независимо от попперовских концепций, что не столько важно, потому что имплицитно они на самом деле исходили из его фундаментальных идей (4, с. 38). <...>

Несомненной заслугой Поппера является то, что он не только провозгласил важнейшей задачей социальных наук построение объективных объяснений социальных ситуаций, но и разработал метод решения этой задачи, который он назвал ситуационным анализом, или ситуационной логикой. Этому методу сам Поппер придавал большое значение: формулируя заключительное предположение в статье «Логика социальных наук», он выделил «две фундаментальные проблемы чисто теоретической социологии: во-первых, общую ситуационную логику и, во-вторых, теорию институтов и традиций». В чем же состоит суть ситуационного анализа, или ситуационной логики? <...>

Идея ситуационной логики выдвигается Поппером в противовес любым попыткам субъективистского объяснения в социальных науках. Поппер прекрасно иллюстрирует это в своем интервью «Историческое объяснение» на примере возможных объяснений действий и поступков Цезаря. Обычно историки, даже такие крупные, как Р. Коллингвуд, решая такую задачу, пытаются поставить себя в ситуацию, например, Цезаря, «влезть в шкуру Цезаря», что, как они считают, дает им возможность «точно узнать, что делал Цезарь и почему он так поступал». Однако каждый историк может влезть в шкуру Цезаря по-своему, и в результате мы получаем множество субъективных интерпретаций интересующих нас исторических явлений. Поппер считает, что такой подход очень опасен, так как он субъективен и догматичен. Ситуационная логика позволяет Попперу построить объективную реконструкцию ситуации, которая должна быть проверяемой.