Через несколько дней после той игры с «Вест Хэмом» нас ждал финальный поединок за Кубок Англии. У нас была одна из сильнейших команд в лиге, и, учитывая различные обстоятельства, я постоянно тасовал состав на игру. Если вы посмотрите запись той встречи, то увидите, что судья не дал два или три верных пенальти в нашу пользу, их вратарь сыграл просто великолепно, а Тевес забил нам единственный гол в контратаке. У «Вест Хэма» в той игре не получалось ничего, мы просто рвали их на части. Во втором тайме я даже выпустил на поле Роналду, Руни и Гиггза, но мы так и не смогли сломить их сопротивление.

Однако мистер Уорнок обвинил нас в сдаче игры. А ведь в последнем туре они дома встречались с «Уиганом», и для сохранения места в Премьер-лиге им было достаточно и ничьей. Ранее в январе Уорнок бесплатно отдал «Уигану» Дэвида Ансуорта, и, по иронии судьбы, именно он забил с пенальти решающий гол, приведший «Шеффилд Юнайтед» к вылету. Любой здравомыслящий человек на месте Уорнока признал бы, что это он сам все испортил. Ему стоило бы подойти к зеркалу и сказать самому себе: «Все, что нам было нужно, так это ничья в матче на родном стадионе, а в игре с “Уиганом” мы не смогли взять даже очко, так плохо мы ее провели». Обвинения Уорнока были просто нелепы.

В январе 2007 года мы сумели приобрести настоящего футбольного аристократа, пусть и всего на пару месяцев. На старте того сезона в команду вернулся полный надежд Луи Саа, но вскоре получил еще одну травму. В октябре глава скаутов «Юнайтед» Джим Лоулор обратил наше внимание на Хенрика Ларссона: по его мнению, тот зря прозябал в своей Швеции, так как вполне еще мог сыграть на самом высоком уровне. Клуб «Хельсингборг», за который выступал Хенрик, отказался его продать, но я попросил Джима узнать у их президента, не согласятся ли они отдать нам Ларссона в январе в аренду. К тому же и сам Хенрик выказал желание сыграть за нас и повлиял на своих работодателей.

Для игроков «Юнайтед» он был своего рода культовой фигурой, они с благоговением произносили его имя. Для своих 35 лет он был просто на удивление жаден до тренерских наставлений. На каждой тренировке он с увлечением выслушивал все, что ему говорили; с огромным желанием посещал лекции Карлуша по тактике и вообще стремился разобраться в малейших нюансах нашей работы.

На тренировках он был великолепен: движение, позиционная игра. Три его гола за нас не отражают его реального вклада в команду. В последнем матче Ларссона за нас мы проигрывали «Мидлсбро» по ходу встречи 1:2, и Хенрик отошел назад для игры в полузащите, где выложился по полной. Когда команда вернулась в раздевалку, все игроки встали и зааплодировали ему, и к ним присоединился и тренерский штаб. Не каждый футболист может оказать такое огромное влияние на клуб всего за каких-то два месяца. Если ты перестанешь выполнять свою работу, то мигом лишишься культового статуса, однако все время пребывания в клубе Хенрика окружала эта аура. Его скорость и стойкость делали его прирожденным игроком «Манчестер Юнайтед», плюс он обладал неимоверной прыгучестью для своего небольшого роста.

Я мог подписать его гораздо раньше, еще когда он играл за «Селтик». Уже даже собирался сделать предложение о его покупке, но мне позвонил основной акционер шотландского клуба Дермот Десмонд и взмолился: «Алекс, пощади, у тебя полно хороших игроков, а он нам самим нужен».

Через месяц после возвращения Хенрика в Швецию мы одержали одну из своих величайших побед в еврокубках, 10 апреля разгромив дома со счетом 7:1 «Рому». Это была наша крупнейшая победа в Лиге чемпионов. По два гола тогда забили Майк Каррик и Роналду, по одному – Руни, Алан Смит и даже Патрис Эвра, для которого это вообще был первый гол в еврокубках.

Обычно победу в больших матчах приносит слаженная игра восьми футболистов. Троих часто можно не учитывать, если они не в форме и тратят слишком много сил, или если они, в целях удержания результата, выполняют определенное тактическое задание. Но пяток раз за твою карьеру все одиннадцать оказываются в ударе, и ты достигаешь совершенства.

В ту ночь у нас получалось абсолютно все. В комбинации, приведшей ко второму голу, поучаствовали шесть игроков, каждый из которых отдавал пас в одно касание. В итоге Алан Смит забил с передачи Райана Гиггза между двумя центральными защитниками: удар – и мяч в сетке. Блестящий гол. Бывают такие моменты, когда ты говоришь себе: все, лучше сыграть уже нельзя.

Помню, как в 1999 году мы победили в гостях «Ноттингем Форест», забив восемь мячей и пропустив всего один. А могли тогда забить и все двадцать. «Рома» была тоже очень хорошей командой, в которой играли Даниеле де Росси, Кристиан Киву и Франческо Тотти, однако мы просто порвали их на куски. В первой игре в Риме они выиграли у нас со счетом 2:1, и в том матче с поля удалили Скоулза за его самоубийственный подкат прямо на боковой линии. Тотти был уже почти футбольного поля, когда на нем сфолил Пол. Так что в ответной игре мы находились под некоторым давлением, но только до тех пор, пока в ворота соперника не посыпались мячи.

Гостевая победа 3:0 над «Уимблдоном» в Кубке Англии в феврале 1994 года – еще один пример образцовой игры: один из мячей мы тогда забили, сделав перед ударом 38 передач. Одни уверяют, что лучший гол «Манчестера» был забит Райаном Гиггзом в полуфинале Кубка Англии против «Арсенала» в 1999 году. Другие вспоминают удар Руни в падении через себя в матче против «Манчестер Сити». Для меня же самым лучшим был именно тот гол «Уимблдону», ведь в атаке поучаствовал каждый игрок нашей команды. В первые минуты встречи Винни Джонс попытался вывести из игры Кантона. Бум – и Эрик на газоне. Все наши игроки бросились к Джонсу, но Кантона остановил их: «Оставьте его в покое». Возможно, он видел в Джонсе родственную душу, ведь они вместе когда-то выступали за «Лидс». Эрик похлопал по плечу Винни, как бы говоря: «Ты можешь сбить меня, если захочешь, но ты не можешь остановить меня». Кантона сыграл в тот день просто великолепно и забил наш первый гол красивейшим ударом с лёта, подбросив мяч самому себе правой ногой.