Шрифт:
– О боже, секретная служба гвардии. Чем я могу вам помочь?
Усы-Вниз даже начал жевать ус от возмущения:
– А вот откуда вам известно, что…
– Остановись, Хельге, – сказал Халлгейр. – Ваша дочь дома, комендант?
– Лисе? Она…
В этот момент из дома донеслись жуткие визгливые звуки.
– Это она! – крикнул Усы-Вверх и оттолкнул коменданта. – Кто-то нас опередил. Ее надо спасать!
Гвардейцы ворвались в дом и взлетели по лестнице наверх, к источнику ужасных страдальческих воплей. Они распахнули дверь – это была комната девочки – и остановились в изумлении, зажимая руками уши.
На стуле в середине комнаты сидела девочка. Выглядела она совсем не как суперагент, а скорее как обыкновенная девочка с каштановыми косичками, несколькими веснушками и добрыми голубыми глазами, удивленно уставившимися на двух гвардейцев. Перед ней стоял пюпитр с нотами, а изо рта у нее торчало что-то длинное и черное, издававшее те самые чудовищные звуки.
– Чё… чё тут происходит? – крикнул Халлгейр.
Девочка вынула изо рта длинный предмет:
– Ничего не происходит. Я репетирую партию кларнета. Завтра оркестр школы «Укромный уголок» будет исполнять для родителей «Годд сейв де квин» [12] . А вы зачем пожаловали?
– Ну ладно, – сказал Халлгейр. – Если ты Лисе, то Норвегии нужна твоя помощь.
– Неужели? – изумилась Лисе.
– Нам этого не понять, – сказал Хельге и скептически осмотрел самую обыкновенную комнату девочки с портретами поп-звезд, глобусом и несколькими плюшевыми мишками, которые выглядели еще менее героически, чем сама девочка. – Но кое-кому, наверное, так кажется. Вот это правда.
12
«Боже, храни королеву» ( искаж. англ.).
Точно в двадцать одну минуту четвертого Халлгейр и Хельге стали пробираться сквозь высокую траву, растущую перед покосившимся синим домиком, расположенным в самом конце Пушечной улицы. Из-за дома до их ушей доносились непонятные глухие удары. А когда они обогнули угол, их глазам предстало странное зрелище. Под грушевым деревом стояла тощая фигура в профессорском пальто, со взъерошенными волосами и чем-то вроде очков для плавания на носу. Фигура балансировала на одной ноге. Другая нога, на которой было надето что-то напоминающее старинный черный башмак, медленно поднялась над колодой с поленом. И опустилась. С глухим стуком башмак воткнулся пяткой в полено, и оно тут же раскололось на две половины, упавшие по обе стороны колоды. Высокий тощий человек снова поднял ногу и пнул сначала одну половину полена, потом другую. Обе пролетели по воздуху через сад к стене дома и изящно улеглись на поленницу.
– Вы, наверное, доктор Проктор?
Тощий человек выпрямился и посмотрел на Хельге и Халлгейра с широкой улыбкой.
– Вы это видели? Жжик, прыг – и на свое место в поленницу! Я работаю над моделью, которая будет способна валить деревья. Подумать только, какое значение это может иметь для лесной промышленности. Минуточку, так вы поэтому здесь? – Странный человек оживился еще больше: – Вы прочитали письмо, которое я послал в Лесное министерство! Приехали купить мое изобретение! У меня больше не будет долгов!
– Не совсем поэтому, доктор, – сказал Халлгейр и поправил шляпу с пером. – Мы туточки, чтобы…
– Дайте я угадаю! Вы из патентного бюро и хотите осмотреть мою прицельную перчатку, которую я представил для получения патента?
– Нет, мы…
– Тогда вы из сборной команды Норвегии по метанию дротиков. Я знаю, вам совершенно необходима моя прицельная перчатка!
– Профессор, – сказал Хельге. – Насколько мы поняли, нас послали попросить вас спасти Норвегию.
Точно без четверти четыре двое представителей секретной службы гвардии остановились у желтого домика на Пушечной улице и позвонили в дверь. К ним вышла девочка-подросток.
– Булле дома?
– Какой Булле?
Хельге откашлялся и покачался на каблуках:
– Тот Булле, который, как говорят, спас мир от нашествия, понимашь, пришельцев с Луны, моя малышка.
Девочка посмотрела на них враждебно:
– Я не ваша малышка, это во-первых, а во-вторых, недоросток Булле ушел. Вы из передачи «Вруны Норвегии»?
– Кто-кто Норвегии? Что это значит? – спросил Халлгейр и посмотрел на нее поверх солнцезащитных очков.
– Вы опять станете делать вид, будто берете у нас интервью?
– Делать вид, будто берем интервью – о чем?
– О том, как Булле спасал мир, конечно. Знаете, что было после того, как вы надули нас в прошлый раз? Мамаша плакала три дня, а я не могла ходить в школу, потому что все вокруг смеялись надо мной: «Это сестра того врунишки». – Девочка так рассердилась, что у нее покраснели все прыщики на лице. – Поэтому мы напрочь забыли о Булле, понятно вам?
– Да, теперь, кажется, понятно. Но сейчас нам жуть как важно найти его. Куда он подевался?