Следя за передвижениями молодой женщины по залу, Одиже пожирал ее глазами. Уходя, он выглядел сильно озабоченным.

Анжелика потирала руки. «Похоже, он начинает осознавать, что пока еще не приступил к производству шоколада! – думала она. – Поэтому мне больше нельзя терять ни минуты».

Вечером Анжелика решила переговорить с господином Буржю:

– Дядюшка, мне бы хотелось спросить вашего мнения по поводу этой истории с шоколадом.

Кабатчик собирался идти в Шатле: сегодня был его черед заступать на дежурство. Посмеиваясь, он только пожал плечами:

– Будто тебе нужно мое мнение, притворщица! Ты все равно сделаешь по-своему!

– Дело серьезное, господин Буржю! Я собираюсь завтра пойти в управление гильдий, чтобы убедиться в законности патента, которым владеет Давид…

– Иди-иди, дочь моя. Какие силы могли бы удержать тебя, если ты все решила?

– Господин Буржю, вы разговариваете со мной так, будто осуждаете мои действия.

Он задул огниво, которым только что зажег фонарь, и нежно потрепал Анжелику по щеке:

– Ты отлично знаешь, что я нерешителен. Всегда боюсь, как бы не стало хуже. Иди своей дорогой, малышка, и не обращай внимания на вздохи старого ворчуна. Ты как солнце в моем доме, и все, что ты делаешь, хорошо.

Растроганная Анжелика смотрела, как он уходит во тьму – маленький круглый человек с фонарем и алебардой. Она не принимала всерьез опасения папаши Буржю и намеревалась восторжествовать над Одиже.

На следующее утро Анжелика с Давидом отправилась в купеческую гильдию. Их принял потный толстяк с засаленными брыжами из тонкого полотна. Он подтвердил, что патент, имеющийся у молодого Шайу, действителен при условии, если он уплатит за право на новое производство.

Анжелика возразила:

– Но мы недавно уплатили налог на торговлю жареным мясом, на кухню, наконец, на трактир! Почему же надо платить еще и за то, чтобы подавать прохладительный напиток?

– Вы правы, дитя мое, ибо ваши слова заставляют меня задуматься о том, что, вдобавок к членам гильдии бакалейщиков, придется также возместить убытки производителям прохладительных напитков. Если у вас все хорошо сложится, вы получите право оплачивать два дополнительных патента: один – гильдии бакалейщиков, а другой – производителям прохладительных напитков.

Анжелика еле сдерживала ярость:

– Больше ничего?

– О нет, – с сокрушенным видом отвечал толстяк, – разумеется, мы не будем говорить ни о соответствующих королевских налогах, ни об оплате браковщиков и контролеров веса и качества продукта.

– Но как же вы можете проверить продукт, если ничего о нем не знаете?

– Не в этом дело. Будучи ТОВАРОМ, этот продукт должен находиться под контролем всех гильдий, к которым имеет отношение… И приносить им их долю прибыли. Поскольку, как вы говорите, ваш шоколад – напиток пряный, вы должны иметь у себя специалиста от гильдии бакалейщиков, а также от гильдии прохладительных напитков. Вы должны достойно содержать их, предоставить им жилье и оплатить стоимость испытания на звание мастера каждой из этих гильдий. А поскольку непохоже, что вы охотно делитесь своими доходами, сразу предупреждаю, что мы будем пристально следить, чтобы вы придерживались буквы закона.

– Что именно это означает? – спросила Анжелика, принимая самую дерзкую позу – руки в боки.

Ее вид развеселил строгих купцов, и один из них, помоложе, решил, что стоит пояснить:

– Это означает, что, вступая в гильдию, вы тем самым соглашаетесь ТАКЖЕ с тем, что ваш новый продукт будет продаваться у ВСЕХ ваших собратьев-бакалейщиков и производителей прохладительных напитков, разумеется, если предположить, что этот диковинный продукт понравится клиентам.

– Ваши слова донельзя ободряющи, господа. Если я правильно поняла, нам предстоит нести все расходы, нанимать новых специалистов с их детворой, расхваливать, набивать шишки, как говорится, а потом или мы разоримся, или разделим прибыль от наших усилий и нашей профессиональной тайны с теми, кто ничего не сделал, чтобы помочь нам?

– Наоборот, которые сделают все, красавица, приняв вас и не препятствуя вашему делу!

– Короче, вы требуете что-то вроде пошлины?

Молодой человек искренне старался успокоить Анжелику:

– Не забывайте, что гильдии серьезно нуждаются в деньгах. Вам, деловой женщине, должно быть известно, что каждая новая война, победа или появление новорожденного в королевской семье или даже у принцев вынуждает нас заново покупать у короля свои с таким трудом приобретенные привилегии. Вдобавок король разоряет нас, по каждому поводу или без повода изобретая то новые налоги, то пошлины, то патенты вроде того, что вы представляете сейчас от имени господина Шайу.

– Господин Шайу – это я, – заметил поваренок. – Или, по крайней мере, мой покойный отец. И уверяю вас, он очень дорого заплатил за свой патент!

– Вот именно, молодой человек, именно потому вы и не соответствуете нашим требованиям. Прежде всего, вы не являетесь и никогда станете бакалейным мастером, и наша гильдия не имеет к вам никакого отношения.

– Но его отец принес свою находку в вашу гильдию… – начала Анжелика.

– Тогда сначала докажите нам это за ваш счет. А потом позаботьтесь о том, чтобы мы получали прибыль от оной находки.