С минуту ничего не происходило, затем Коля вышел из-за столба, посмотрел в направлении кустов, нахмурился, перевел взгляд на дорогу, а потом стал вертеть головой во все стороны, затем чертыхнулся и бросился к деревне.

Так как он пронесся буквально в двух метрах от нас, нам с подружкой пришлось залечь.

Выждав время, мы поднялись и отряхнулись, — Видела? — сурово насупив брови, спросила Женька. Я кивнула.

— Этот тип за нами следит.

— Вот-вот. Смотри, что делается. Его-то как привязать ко всей этой истории? Я имею в виду, где мы ему дорогу перешли, что его так разбирает?

Я призадумалась, в самом деле, с какой такой стати Коле следить за нами? Разумного объяснения не находилось. Однако сейчас мне не хотелось менять намеченные планы (я считала, что они у нас есть), чтобы гоняться за этим типом, поэтому я заявила:

— С ним потом разберемся, идем к мельнице.

И мы пошли.

При дневном свете сие сооружение выглядело совершенно безопасно. Просто старое здание. Правда, крылья впечатляли, Женька не удержалась и толкнула одно, со страшным скрипом крыло качнулось, но почти тут же замерло.

— Да-а, — протянула Женька, как видно, теряясь в догадках, что это мы ночью так перепугались. Я прошла к двери и убедилась, что она заперта на здоровенный замок. Само собой, ключ от него нам оставить никто не потрудился.

Женька на всякий случай подергала замок и убедилась, что держится он крепко. — Что скажешь? — спросила она.

— Скажу, что, если у людей есть тайны, разумнее всего держать их под замком.

— Это что, каламбур?

— Отвяжись, — попросила я и со вздохом добавила:

— Давай хоть в окно заглянем.

Женька, пожав плечами, с готовностью сцепила руки замком, и я смогла дотянуться до рамы. Окна были небольшими, оттого на мельнице царил полумрак.

Однако света было достаточно, чтобы убедиться: передо мной просто большое, пыльное помещение. Ни свечей, ни икон, вообще ничего такого, что бы хоть как-то намекало на наше ночное приключение.

— Пусто, — вздохнула я, спрыгивая на землю. — Будь у нас какая-нибудь железяка, могли бы высадить раму, она совсем сгнила, и залезть внутрь…

— Прежде чем залезть, надо решить, как вылезти обратно.

Мы переглянулись и дружно вздохнули: да, тайны сегодня не торопились приподнимать свои покровы.

— Пойдем на болото? — невесело спросила Женька.

— Пойдем, — кивнула я.

На болоте нам повезло больше. Выйдя к кустам, где я встретила Валеру, мы осмотрели вешки по соседству и даже прошли по ним метров десять, после чего по моей настоятельной просьбе вернулись. Вспомнив рассказ Валеры, я прошла еще немного и смогла убедиться, что с той стороны тоже болото. Женька, потеряв к происходящему всякий интерес, устроилась в густой траве и жевала с разнесчастным видом какой-то стебелек.

Перестав обращать на нее внимание, я с завидным упрямством продолжала рыскать по пятачку земли, пока не догадалась заглянуть в кусты. Первое, что я увидела, была тропинка. Она замысловато вилась в зарослях ивняка, и я, отважно вступив на нее, минут через пять оказалась на зеленой лужайке. Справа росли высокие деревья, значит, болота там нет, потому что мне доподлинно известно, что деревья на болоте не растут, а слева торчали вешки. Посмотрев в том направлении, я увидела Женьку, которая по-прежнему сидела в траве.

— Женя! — крикнула я, подружка оглянулась, а затем вскочила.

— Ты как прошла? — прокричала она, и я ответила:

— В кустах тропинка.

Женька скрылась с моих глаз, чтобы вскоре выйти навстречу.

— Это что ж такое? Не надо никаких вешек, есть отличная тропа. Слушай, а куда мы попали? Это что, остров, где Кукуй живет?

— Нет, — пришлось мне огорчить ее. — Остров, насколько мне известно, гораздо дальше, в направлении деревни Фрязино. — Я неопределенно махнула рукой, потому что сама точно не знала, где это Фрязино расположено.

— Жаль, — вздохнула Женька, оглядываясь.

— Валера находился возле кустов, — деловито принялась я рассуждать вслух, — и оттуда видел Зеленого охотника. Тот стоял примерно там, где сейчас стоим мы.

— Думаешь, у него здесь лежбище, то есть логово?

— Давай посмотрим, — пожала я плечами. На открытом участке осматривать было нечего, мы направились к деревьям и под высокой березой обнаружили шалаш, обычный шалаш, который сооружают деревенские мальчишки из подручного материала: колышек, веток и травы. Жилище делали с пониманием, получилось оно добротным и вполне уютным. Вход загораживал кусок мешковины. В шалаше не было ничего интересного, точнее, там вовсе ничего не было. Рядом след костра и два пенька, которые использовали как стол и стул.