— Сейчас расскажу. УЗИ делали — я просто ухохоталась! Сперва они решили, что у них аппарат сломан. Медсестра все крутила там, крутила — резкость наводила, ракурс меняла, и так повернет, и этак, а сама все бледнеет. Я лежу, жду. Потом она, видно, решила, что у нее крыша поехала. Позвала еще одну врачиху, что-то там высматривали… Шептались… Я их невинным голоском спрашиваю: «Ну что там? Почему так долго? Все в порядке? Я волнуюсь! Не отстает в развитии?» Они мне, с такими фальшивыми улыбками: «Наоборот, опережает! Только тут нам кое-что уточнить…» И убежали. Вернулись впятером и заведующую консультацией притащили…

— Ну зачем же так над людьми издеваться? — укоризненно произнесла Катя.

— А что, надо было им сказать: да все нормально, просто у нас папа — тролль!

Подруги захихикали.

— Чем дело-то кончилось?

— Да ничем. Дали мне кучу направлений. Предложили сделать генетический анализ. Даже самой интересно, чего он покажет…

— А самое главное? Мальчик или девочка?!

Лейка вздохнула.

— Главного-то и не сказали. По-моему, сами не поняли. Чувствую, будет у меня ребенок как у Пушкина…

— Это как?!

— Ну, как в сказке: «Родила царица в ночь не то сына, не то дочь, не мышонка, не лягушку, а неведому зверушку!» А теперь — номер два!

Лейка облизала пальцы, вскочила с дивана и через минуту вынесла еще блюдо:

— Что там? — с подозрением спросила Катя. — Еще паук?

Лейка жестом фокусника сдернула с блюда салфетку. На этот раз Катя орать не стала — только вздрогнула, увидев перед собой красиво разложенные отрезанные пальцы с маникюром.

— Лейка, ну ты вообще! Так же заикой стать можно!

— Ага, испугалась?! Угощайся. Так и называется — «дамские пальчики».

Катя, ворча, взяла печеньку. Вблизи было видно, она из песочного теста с цветной глазурью.

— Да что на тебя нашло сегодня?

Лейка взглянула на нее с искренним изумлением.

— Ты что не знаешь, что сегодня за день? Ну ты со своим универом совсем заучилась! Сегодня же, можно сказать, наш праздник?

— Чей — «наш»?

Лейка погладила себя по животу.

— Ну да. Наш национальный. Ну ладно… семейный. Ну что ты глаза таращишь? Хеллоуин!

Катя, уже почти заподозрив, что у Лейки на почве беременности приключился какой-то заскок, рассмеялась с облегчением.

— Откуда мне знать, что он именно сегодня? Вот уж никогда не отмечала!

Нет, она, конечно, знала про Хеллоуин. День Всех Святых, праздник всяческой нечисти. Катины родители относились к подобным бесовским «праздникам»: Хеллоуину, Дню Святого Валентина и так далее — резко негативно. А дедушка, поднимая палец, изрекал: «Это все идеологическая диверсия американцев!»

— Ерунда и глупое подражание Западу, — убежденно сказала Катя, вспомнив дедушку.

— Не скажи, — возразила Лейка. — Очень мистичный праздник! Неспроста его называют Вальпургиевой ночью! Разве ты не ощущаешь сегодня что-то этакое?

— Нет, — буркнула Катя, хрустя «дамским пальчиком». — Кстати, Вальпургиева ночь на первое мая…

Лейка проигнорировала поправку:

— А я чувствую! Невидимые, но ощутимые вибрации сил…

— Это холодильник в кухне работает.

— Эх, какая ты, Катька, неромантичная! Вот была бы тут Наташка… Она всегда такая мистичная была…

— Вот именно — была, — отметила Катя, вспомнив Лейкину приятельницу, жестоко пострадавшую от своего любопытства к иным мирам и существам «с той стороны».

— И он что-то чувствует, кстати, — неожиданно сказала Лейка, развернулась на диване и указала на Хищника.

Катя с удивлением оглянулась.

— С чего ты взяла? Он же спит!

— Да, но где он спит? Он спит не на ковре, а под окном! Хочешь проверить — если мы уйдем на кухню, он и там под окном ляжет.

Катя несколько мгновений смотрела на Хищника, встала с дивана, подошла к нему. Наклонилась, почесала за ухом. Тот только щелкнул зубами, словно ловя во сне блоху.

— Ты что-то чувствуешь? — спросила она тихо.

Хищник, не открывая глаз и не меняя позы, прорычал что-то по-шведски.

— Не понимаю, — огорченно сказала Катя. — Лейка, давай переводи.

С ее внутренним даром в последнее время совсем беда. Временами отрубало напрочь. Даже шведский из памяти вылетал.

— Он говорит: ночь сегодня… ну типа беспокойная, — перевела Лейка, которая уже привыкла к выговору Хищника. — Много всякого народу вокруг гуляет.

Катя выглянула в окно, с недоумением оглядев пустую набережную Фонтанки. Вдалеке на Невском, как всегда, было светло и людно. Только в кафе на другой стороне реки шла гульба: мигали огоньки гирлянд, орала музыка, в окне скалился Джек-Тыква, у крыльца курили люди в костюмах вампиров и чертей… В самом деле празднуют, ишь ты…